Кандинский и его муза

Мольберт, оставленный в мастерской, и письма, которые никто не прочитает. Василий Кандинский, уже зная, что такое признание, встречает Габриэле Мюнтер. Она моложе, она немецкая художница, и её взгляд на живопись ещё не сломлен правилами. Двенадцать лет их жизни переплетены с рождением абстракции: Кандинский ищет новый язык, Мюнтер - опору и собственный голос. Она видит, как гений ломает форму, и остаётся рядом, когда мир не понимает. Под угрозой не просто их отношения, а само право художника быть собой. Чем дальше Кандинский уходит в беспредметность, тем яснее, что муза и женщина могут не ужиться в одной судьбе. «Я должна была рисовать. Но я выбрала его».