Синий кит (2025)

Ерасым, десятиклассник из Астаны, каждый вечер слушает, как его отец-таксист копейка к копейке откладывает на ремонт «Фольксвагена». «Слушай, отец, — говорит Ерасым, разглядывая трещину на потолке, — может, лучше на комп мне эти деньги? У всех уже». Отец молчит, только щелкает костяшками пальцев. В школе Ерасым прячет сигареты «Петр I» под картоном в рюкзаке, а в телефоне — скриншоты с чужого аккаунта в «ВКонтакте», где девочка из Талдыкоргана выложила в три часа ночи хмурое селфи и хэштег #тихийокеан.

Планшет своего старшего брата, который уехал на вахту, Ерасым нашел в шкафу под стопкой старой одежды. Там и пришло первое сообщение от куратора «Локи»: «На левой руке, выше кисти, лезвием. Сфоткай, когда пойдет кровь». В тетради по алгебре, между нерешенными уравнениями, Ерасым начал рисовать кита. Потом была Дильназ из параллели, которая вдруг перестала носить хиджаб и на перемене прошептала: «Ты тоже в игре?», и ночь на крыше девятиэтажки на Сарыарке, куда его привел новичок Акжан, пахнущий дешевым одеколоном и страхом. «Залезай на парапет, просто постой, — писал «Локи». — Или ты, как твой отец, тоже только на словах смелый?»