Хвостатое Рождество (2024)

Всё началось с того, что Ясмин, девушка из лагеря Аль-Амари, чинила старую печку, когда в трубе застрял не её кот, а пушистый джинн с переломанным крылом. «Вытащи меня, и я подарю тебе три неудобных желания», — прохрипел он, осыпая сажей пол. Его звали Фарис. Первым желанием Ясмин, не раздумывая, попросила, чтобы ночью в палатке её деда, Абу Амира, было тепло. Утром они обнаружили, что старая печь раскалена докрасна, а вокруг неё в зимнем воздухе танцует сонм крошечных огненных фейри. Избавиться от них было уже нельзя.

Путь лежал через подземные туннели, ведущие, по словам Фариса, к древним вратам в Берлине. В заброшенном бомбоубежище они встретили Лени, вечно ворчащего кобольда из развалин телебашни, чья магия работала только с проводной техникой. Вместе, на украденном у Охранного Совета фургоне с хламом, они двинулись на юг. В Лионе к ним пристала фейри-полтергейст Марион, живущая в старом кинопроекторе и говорящая только цитатами из фильмов Нояра. Их преследовали агенты в серых костюмах, стреляющие не пулями, а сгустками тишины. Целью был Рим, где в катакомбах под церковью Сан-Клементе, как шептал Фарис, находилась «кузница реальности» — старый станок, способный переплести желание с миром так, чтобы оно не нарушало хрупкий баланс. Ясмин несла в рюкзаке тлеющий уголёк из печи своего деда.