Волшебные часы и заклинатель времени (2024)

В мастерской старого часовщика, что на площади Пелуринью в центре Сальвадора, пылился шкаф с отломанной дверцей. Витор, двенадцатилетний парень, подрабатывающий у своего дяди Жуана — он чистит механизмы и подает инструменты — находит за этим шкафом часы. Не простые, а с циферблатом из обсидиана и тремя стрелками, одна из которых светится тусклым синим. Когда Витор крутит ее против часовой, молоко у доны Розы, соседки, не скисает уже третий день подряд, а сломанный вентилятор в комнате Витора начинает крутиться сам. «Странно, Жуан. Оно прокисло, я только собрался его вылить, а оно снова свежее», — говорит донна Роза, тыкая пальцем в пакет. Витор замечает: на циферблате появляются мелкие трещины, словно стекло пошло паутиной.

Синяя стрелка, как он выясняет, возвращает любой предмет или явление в состояние «до поломки», но каждый раз забирает минуту из жизни самого Витора. Это не магия, а обмен. К концу первой серии он выглядит на тринадцать, а не на двенадцать. Его противник — доктор Аугусту Лима, бывший физик из Рио, который называет часы «устройством чистки времени». Он верит, что надо перематывать целые эпохи, стирая «грязные» моменты вроде войн, но Витор понимает: Аугусту просто хочет вернуть себе жену, погибшую в аварии на трассе BR-101. В третьей серии доктор пытается откатить время на три года назад, замораживая движение на всей набережной, пока часы на его запястье не начинают дымиться. «Ты не понимаешь, мальчик, — шипит он, глядя на дым, — у времени нет совести, есть только моменты, которые стоит повторить». Витор кричит ему, что исправлять людей — нельзя, и заслоняет собой пожилого продавца акараже, который упал во время заморозки.