Китайская глушь, пыльная дорога к деревенскому кладбищу. Студент колледжа приезжает почтить могилу деда, но вместо тишины получает атаку зомби. Спасает его девушка с ножом, возникающая из ниоткуда. Вопросов больше, чем ответов: откуда здесь нежить, и почему техника боевых искусств, которую преподавал дед, привлекла внимание вооружённых групп с тёмными целями. Перелом. Обычная поездка оборачивается входным билетом в мир, где мёртвые восстают, а за древнее наследие охотятся кланы. Герой понимает:
Снег лежит на улицах города, но холод не главная беда юной следовательницы. Она носит в себе редкий недуг, который медленно забирает силы, и одновременно пытается распутать череду преступлений, оставляющих город в напряжении. Её методичность и упорство натыкаются на стену, за которой скрывается нечто, не поддающееся обычной логике. Встреча с загадочным чужеземцем меняет ход расследования. Он предлагает не просто помощь в поиске злоумышленников, а шанс исцелиться от болезни. Но его методы и
Ли Цзин, дизайнер интерьеров из Шанхая, каждое утро толкается в переполненном вагоне метро по пути в студию на Цзяннаньской улице. В пятничный вечер, застряв под дождём у входа в парк Юйюань, она сталкивается с Чэнь Юем — парнем в помятом костюме, который пытается поймать улетающий зонт. «Держи, а то простудишься», — бормочет он, протягивая ей свой чёрный зонт с треснувшей ручкой. Через неделю они случайно встречаются в кафе на Нанкинской улице: Ли Цзин заказывает латте с сиропом, Чэнь Юй —
Дочь сёгуна, чьё лицо скрыто под маской, одержима одной целью: убить самурая, который увидел её изуродованную кожу. Она не просто жаждет мести - за шрамами прячется страх и стыд, превратившиеся в ярость. Волна за волной она отправляет ниндзя в атаку, заманивает в засады, придумывает всё более изощрённые ловушки. Но каждый раз самурай уходит. Героиня заперта в собственном дворце, где тишина коридоров давит сильнее, чем звон клинков. Её план становится навязчивой идеей, а неудачи лишь разжигают
Звонок раздаётся в тихой лаборатории, где он привык доверять только формулам. Герой, чьё имя остаётся за кадром, получает известие, которое рушит размеренный ритм жизни. Привычный мир точных расчётов и научных задач отступает перед личной потерей, требующей не логики, а совсем других решений. Прошлое, связанное с давней историей, написанной ещё в восьмидесятые, вдруг оживает и врывается в настоящее. Герою приходится оглянуться на то, что он оставил позади, и столкнуться с грузом невысказанных