Грохот стройки, мат и лопата вместо автомата - вот она, романтика стройбата. Четверо новобранцев попали сюда разными дорогами: один бежит от уголовного дела, другой не прошёл в морскую пехоту, третий - вчерашний каменщик из ПТУ, четвёртый - вылетевший из института «ботаник». Боевой подготовки здесь не предусмотрено, только бетон и кирпич. Но у командира части Василия Архипова на этот счёт особое мнение. Его батальон прозвали «Войска Дяди Васи» не за дисциплину, а за её отсутствие и дикий нрав.
Лето 1941 года разбивает привычный ритм навсегда. Трое друзей, только начинавших взрослую жизнь, получают повестки. Каждый оставляет за спиной то, что успел полюбить, и отправляется на фронт, чтобы защищать это с оружием в руках. Там, среди окопов и грохота артиллерии, они находят странный способ держаться. С собой у них инструменты, и в короткие минуты затишья звучит музыка. Она не заглушает войну, но помогает не сломаться самим и поднимает боевой дух тех, кто рядом. Сквозь потери и грязь
Королёв конца двухтысячных: типовые девятиэтажки, магазинчики на первых этажах и провинциальный уют, в котором вот-вот случится нечто странное. Молодой продавец мороженого живёт скучно, но с планами: он хочет жениться на девушке, которая работает секретарём у страхового агента. Проблема в том, что она отказывает - на её попечении младший брат, и ей не до свадеб. Всё идёт наперекосяк, когда герой пытается помочь незнакомке, попавшей в неприятности. Добрый порыв оборачивается обвинением в
1944 год. Пятеро солдат из разных уголков СССР делят один окоп и одну дорогу - ту, что ведёт на запад. За плечами три года боёв, впереди освобождение городов от России до Германии. Их объединяет не только военная форма, но и песня, которую сочинил майор Долматовский: «Дорога на Берлин» звучит в минуты затишья и в атаке, становится паролем и обещанием. Друзья знают друг о друге почти всё: кто из деревни, кто из города, у кого осталась семья. Но война испытывает это знание на прочность. Каждый
Забудьте всё, что вы знали о миссис Хадсон. Да, той самой — из Бейкер-стрит. Скромной, почти незаметной хозяйке, что мелькала где-то на заднем плане в рассказах Конан Дойла. Теперь всё иначе. В этой версии — она главная. Молодая, дерзкая, с умом, который даст фору самому Холмсу, и с языком, который может выдать такую реплику, что даже Ватсон с чашкой чая зависнет на пару секунд. Пока знаменитый дуэт возится со своими записями и философствует о дедукции, миссис Хадсон тихо — но не слишком