Жорик живёт в серой и беспросветной реальности: его увольняют с одной работы за другой, дома ждёт подгоревшая яичница, жена грезит о большой любви, а единственная отрада - коллекция икон в странной съёмной квартире. Сны помогают ему не рассыпаться окончательно. Криминальный авторитет решает развлечься: собирает лучших из лучших, запирает их в месте без выхода и оставляет на неопределённый срок. Жорик не думает о том, эксперимент это или идеалистическая провокация. У него нет выбора - он внутри.
Иван Соколов, студент-историк из Питера, натыкается в полузаброшенном архиве на дневник камердинера Николая II. Листы пожелтели, чернила выцвели, но фраза *«Григорий принес икону с трещиной — царь отказался прикасаться»* заставляет его достать из кармана смятый «Беломор». В общежитии на Моховой, где из крана капает ржавая вода, Иван показывает записи соседу Диме: «Смотри, тут про какого-то Григория, а в конце — шифр, типа координат». Дима, включив ноутбук с наклейкой аниме-героя, хрипит:
Татуировка, набитая на спор, не сходит с кожи - и человек с рисунка не отпускает. Он является во сне, мелькает в толпе, стоит за спиной в пустой комнате. Герой хочет избавиться от наваждения, но преследователь знает его страхи лучше, чем он сам. Каждая попытка сбежать заводит глубже в тупик, где сон и явь больше не различить. Короткометражка держится на липком, бытовом ужасе: кошмар не в потустороннем, а в том, что собственное тело становится дверью для чужого присутствия. Герой ищет выход, но