Он потерял не карьеру и не положение - он потерял право быть собой. Константин Сергеевич Станиславский, гений театра XX века, остался художником и внутренне свободным человеком внутри жесткой советской системы. Сила таланта стала его единственным оружием. Современные режиссеры театра и кино - среди них Кирилл Серебренников, Кэти Митчелл, Лев Додин - примеряют на себя его метод. Каждый находит в зеркале гения частицу собственного духа и свой ответ на вопрос, нужен ли Станиславский сегодня. В
Артём, в чёрной куртке с оторванным капюшоном, стоит у плиты в общаге на окраине Питера. В микроволновке гудит чайник, а на столе — распечатанные письма отца, погибшего год назад на стройке «Северный мост». «Ты точно не спьяну упал?» — бормочет он, перечитывая строки про «подозрительные сметы» и подпись дяди Виктора, теперь гендира компании. За окном — мартовский снег с дождём, а в телефоне — голосовые от Леры, сестры: «Перестань копать, они тебя сожрут». Ночью он пробирается на закрытую