Полин разрывается между пациентами в Лансе и Лилле, двумя детьми и отцом-пенсионером. Она домашняя медсестра, привыкшая отдавать себя другим, и пациенты отвечают ей доверием. Преданность делает её заметной: лидеры экстремистской партии видят в ней удобное лицо для своих муниципальных выборов. Предложение войти в политику звучит как шанс изменить жизнь, но цена этого шага - не просто смена профессии. Полин придётся нести программу, с которой она может быть не согласна, и использовать свою
Восьмилетняя Мадлен потеряла всё: родители и младший брат убиты в собственном доме, а её память стёрта шоком. Девочка не говорит ни слова, и следов взлома нет. Полицейский и психиатр берутся вернуть ей речь и воспоминания, но каждый шаг в её прошлое вскрывает их собственные травмы. Чем яснее становятся фрагменты той ночи, тем плотнее сжимается кольцо вокруг единственной выжившей. Допросы, терапия, улики - всё упирается в немыслимый вопрос: кем была Мадлен в тот вечер. Детская фигурка на
Сорокалетний актёр Жан давно привык к ролям, где от него требуется только лежать и не дышать. Он зарабатывает, изображая жертв на следственных экспериментах полиции. Его одержимость мелкими деталями - позой трупа, углом падения, положением рук - вдруг оказывается замечена всерьёз. Полицейские привлекают его к реальному расследованию серии убийств на лыжном курорте Межев. Для неудачника это шанс выбраться из амплуа статиста. Но работа с настоящим преступником требует не только внимательности, но