Семья находит Алисию спустя два года после того, как она потеряла память и исчезла. За это время женщина успела выстроить новую жизнь вдали от прошлого и не спешит его вспоминать. Возвращение домой оборачивается не воссоединением, а встречей с чужими людьми: муж, ребёнок, родители - все вокруг кажутся незнакомцами. Алисии приходится заново учиться быть матерью и дочерью, но она не чувствует принадлежности к этому миру. Чем настойчивее близкие пытаются вернуть её в прежнюю роль, тем яснее
Обычная жизнь Томаша Коменды обрывается в тот момент, когда его забирают из дома. Юношу обвиняют в жестоком убийстве, которого он не совершал, и приговаривают к двадцати пяти годам тюрьмы. Время идёт, и каждый день за решёткой отнимает у него то, что уже не вернуть: молодость, отношения, доверие к миру. Он пытается доказать свою невиновность, но система глуха. Чем дольше он сидит, тем призрачнее становится надежда на справедливость. Двадцать пять лет - достаточный срок, чтобы смириться. Но
Польша, наши дни. Нина когда-то работала на НАТО, но теперь её жизнь - это тишина и сын Макс. Она не стреляла и не выслеживала годами, но прошлое не стёрлось из памяти, оно только затаилось. Макса похищают. Бандиты не знают, кого именно взяли, или им всё равно. Для Нины это не просто возвращение к ремеслу. Это шанс снова почувствовать тот самый ток в крови, который она заглушала, и заодно добраться до сына, пока его не списали как ненужный груз. Против неё - время и чужие люди, привыкшие решать
В чужом городе находят труп с телом, превратившимся в соляной столб. Полиция сталкивается с сектой религиозных фанатиков, готовящих ритуал. Для него им нужен таинственный предмет, но координаты спрятаны в философском шифре, который аналитики не в силах расшифровать. Герой, ведущий расследование, понимает: разгадка кода не приближает к истине, а лишь открывает следующий, более мрачный уровень замысла. Под угрозой не просто поимка преступников, а понимание того, с какой силой пришлось
Слепой мальчик в приюте нащупывает клавиши, и мир впервые обретает очертания - через звук. Метек растёт блестящим исполнителем классики, но одна случайная джазовая пластинка рушит всё, что он знал о музыке. Теперь он хочет не повторять чужое, а говорить своим голосом, и эта цель становится одержимостью. Победа на фестивале в Монтро даёт ему признание, но не покой. Вместе с успехом приходит Зуза, и Метек впервые сталкивается с тем, что не подчинить ни ритму, ни воле: любовь. Ему придётся
Дождь стекает по лицу женщины, прижавшей пистолет к плечу. Опытный полицейский Юста ведёт облаву на солдата, расстрелявшего сослуживцев. Ловушка срабатывает, но её собственная ошибка даёт преступнику секунду, чтобы исчезнуть. Отстранённая от дел, Юста не может сидеть сложа руки. Она возвращается в городок своего детства - тот самый, где вырос и беглый убийца. Тихие улицы хранят прошлое, которое она надеется использовать как ключ к его убежищу. Но преступник оказывается на шаг впереди. Он
Соглашаться на новое лицо или смириться с тем, что осталось от старого? Герой этой истории решается на пересадку, надеясь вернуть себе нормальную жизнь. Но операция даёт неожиданный результат: он перестаёт узнавать себя в зеркале. Чужие черты не приживаются не только физически. Окружение тоже меняется, близкие смотрят иначе, а собственное отражение становится чужим. Вопрос идентичности превращается в ежедневную борьбу с тем, кем ты стал против того, кем был. Тело не слушается прежних привычек,