В первый же день на новой работе полицейский Хуан оказывается заперт в тюремном блоке во время жестокого бунта. Чтобы не быть растерзанным озверевшими заключенными, он вынужден притвориться одним из них. Маскировка спасает жизнь, но превращает её в ловушку. Среди хаоса и насилия Хуан понимает: его собственная легенда - хрупкая защита, а любая ошибка сорвёт маску. Власть за решёткой принадлежит лидеру восстания, и герою приходится доказывать свою лояльность, вживаясь в роль преступника. Каждая
Сорок лет случайных встреч, и каждый раз она появляется внезапно. Он - офисный служащий с размеренным бытом, который однажды в юности влюбился в девчонку, бунтующую против любых правил. С тех пор их жизни идут параллельно, но время от времени пересекаются в разных уголках мира. Она не меняется: всё та же авантюрная натура, готовая в любой момент сорваться с места. Он, напротив, давно привык к предсказуемости и покою. Казалось бы, они знают друг друга наизусть, но каждое новое свидание
Старая плёнка, на которой Борис Карлофф появляется в ста семидесяти с лишним обличьях. Он мелькает в кадре то юношей, то стариком, то женщиной, то человеком иной расы. Это не просто архивная нарезка: режиссёры склеили фрагменты из полувековой карьеры актёра в один кошмарный калейдоскоп. У Карлоффа нет лица - только маски, которые он меняет с пугающей скоростью. За ним по пятам идёт полицейский, но грань между охотником и жертвой стирается с каждым монтажным склеем. Убийца и преследователь
1948 год: десятилетний мальчик покидает Испанию, чтобы получить образование за границей. Его готовят к роли, о которой он пока не догадывается. Хуан Карлос де Бурбон растёт в тени диктатуры, между долгом перед семьёй и давлением режима Франко. С годами наследник превращается в фигуру, от которой ждут либо послушания, либо рывка к переменам. Он балансирует между лояльностью и собственным представлением о будущем страны. Каждое его решение отзывается на судьбах миллионов. К 1993 году перед ним