В предвоенном Турине шестнадцатилетняя швея Джиния мечтает о любви и находит её в молодом художнике. Но настоящий переворот в её жизни совершает Амелия, натурщица, не признающая правил. Короткое лето 1938 года становится для Джинии временем, когда привычный мир сжимается до мастерской, первых чувств и тихого страха перед надвигающейся войной. Девушка учится смотреть на себя иначе, отбрасывая чужие ожидания. Вопрос не в том, кого она выберет, а в том, решится ли быть собой, когда вокруг всё
Съемочная площадка превращается в балаган: звезда из Голливуда не может запомнить ни строчки сценария, но с легкостью веселит группу. Режиссер Маргарита смотрит, как рушится картина, которую она так тщательно выстраивала. Примерно в том же темпе разваливается и все остальное: уходит партнер, с дочерью вспыхивают ссоры, а брак родителей дает трещину. Среди этого шума и хаоса тихо уходит ее мать - женщина, преподававшая латынь и, как вдруг выясняется, жившая совсем другой, незнакомой дочери
Мирный зимний день, безмятежная жизнь Гвидо и неожиданность в постели. Эта новость ставит под вопрос его роман с Кьярой, и герой оказывается перед простым, но неловким выбором: предложить ей не принимать таблетку экстренной контрацепции или промолчать. Уже на пути в аптеку Кьяра признаётся, что не уверена в их отношениях. С этой минуты привычный быт трещит. Гвидо собирает чемоданы, но не понимает, куда именно ему ехать. Легкая паника сменяется растерянностью, а растерянность - робкой надеждой,
Охранник миланского Дуомо теряет покой: на его дежурстве появляется арабская девушка, и романтика закручивается прямо под витражами собора. Только вот её цель не свидание, а взрыв статуи Мадонны на шпиле. Герою приходится балансировать между служебным долгом и внезапным чувством, пока девушка готовится к операции. Каждая улыбка может скрывать таймер, а каждое объятие - проверку на верность. Собор становится сценой для абсурдного противостояния любви и терроризма. Финал остаётся за кадром, но