Шестидесятипятилетняя любовь Нино к Рине не прервалась с её уходом. Он ежедневно говорит с ней за закрытой дверью, пряча эти разговоры от слуг и взрослых детей. Дочь видит, как отец замыкается в своём горе, и находит способ заставить его выйти из тишины: она уговаривает Нино рассказать их историю писателю. Согласие обернётся не просто воспоминаниями. Проговаривая вслух десятилетия брака, главный герой столкнётся с собственным прошлым, которое он так долго носил в себе. Писатель станет не
Возвращение в родовое поместье сулит барону Антео Пеллакани не столько наследство, сколько встречу с фиговым деревом в саду. Местные почитают его как чудотворное: прикоснувшись, некоторые будто бы видели Святую Деву. Сам же барон помнит другое - в детстве он сорвался с этой ветки и навсегда остался хромым. Теперь ненавистное дерево стоит на его земле, и легенда о святости сталкивается с личной обидой. Антео предстоит решить, что сильнее: вера окружающих в чудеса или горькая правда его
Десять золотых флоринов - невеликая плата за сломанную жизнь, но Джованни Боккаччо везёт их в Равенну через тринадцать лет после смерти Данте. Он ищет Беатриче, дочь изгнанного поэта, и в этом поручении будто слышен отголосок давней несправедливости: человека вышвырнули из родной Флоренции, отняли дом и имя. Боккаччо не просто курьер, он свидетель того, как время стирает великие тени. Дорога ведёт его сквозь итальянские земли 1330 года, где память о «Божественной комедии» ещё жива, но сама
Молодой полицейский Фурио Моменте едет в регион Венето. Там подросток убил сверстника и настаивает: жертвой был сам дьявол. Фурио предстоит разобраться в случившемся, глядя на факты, которые не укладываются в обычную логику убийства. Чем глубже он погружается в это дело, тем больше местные жители и улики подталкивают его к мысли, что парень мог говорить правду. Вопрос не в том, кто виноват, а в том, что на самом деле произошло в тот день. Фурио теряет опору: привычные методы расследования не
Давиде Бьяс пишет рекламные слоганы, а хочет писать настоящую прозу. Мечта кажется несбыточной, пока на похоронах отца он не встречает Людовику. Она просит найти в отцовском компьютере черновик мемуаров и вырезать оттуда кусок, связанный с её именем. Давиде не находит текста. Вместо того чтобы признаться, он решает сам написать эти мемуары от имени отца и выдавать их Людовике по частям. Каждая новая страница сближает его с ней, но ложь растёт, и однажды он понимает: он пишет не ради литературы,