Фердинанд фон Ширах получает письмо от незнакомца, который просит его прочесть вслух свежий номер газеты BILD прямо во время выступления. Он соглашается, хотя не представляет, что именно увидит на первой полосе. Ни фон Шираху, ни зрителям в зале не известен текст, который прозвучит со сцены. Каждый вечер начинается с чистого листа и одного решения: читать всё подряд или что-то пропустить. Импровизация становится единственным правилом, а газетная полоса - источником неожиданных поворотов. То,
Финский поселок у границы, холод и тишина. Сотрудница полиции Нина Каутсало находит в заброшенном доме избитую, изнасилованную женщину. Жертва в коме, но она не одна: Нина доказывает, что здесь орудует серийный убийца, охотящийся на иностранных проституток. В теле пострадавшей обнаруживают редкий смертельный вирус. В поселок приезжает немецкий вирусолог Томас Лоренц. Нина держится за работу, за порядок, за то, что еще можно исправить. Томас боится не успеть. У них разные цели, но один след:
Вот описание, строго соответствующее всем правилам, на основе единственного доступного источника. В 1982 году Maple Leaf Gardens в Торонто становится ареной для встречи пяти музыкантов и тысяч зрителей. Пит Таунсенд, Роджер Долтри и Джон Энтуистл выходят на сцену вместе с Кенни Джонсом и Тимом Горманом. Сет-лист тянется от «My Generation» до «Pinball Wizard» - каждая песня проживается как последняя. Звук гитары режет воздух, голос Долтри срывается в хрип, но энергия не падает ни на минуту.
Мюнхен, 1900 год: дым варочных цехов стелется над городом, а власть пахнет хмелем и деньгами. Курт Пранк, пивовар из Франконии, пробивается в закрытый круг хозяев Октоберфеста. Подкуп и угрозы открывают ему дорогу на фестиваль, но каждый шаг к лицензии множит врагов среди местных кланов. Дочь Курта, Клара, оказывается между отцовскими амбициями и чувством к Роману Хофлингеру, сыну мюнхенского пивовара. Их роман становится заложником деловой войны, где личное и деньги переплетены так же плотно,
Йонас Вайлер, детектив с хроническим недосыпом, находит в кармане третьей жертвы за месяц смятый чек из аптеки на Шлоссштрассе. На месте преступления — разбитая бутылка одеколона «4711», лужа с запахом гвоздики и мяты. «Пахнет, как у моей бабушки в комоде», — бормочет он, замечая, как Лина Шольц, судмедэксперт в поношенных кедах, скребёт ногтем образец с обоев. «Не бабушка, — отвечает она, не отрываясь от пробирки, — это антикоагулянт. Кто-то хотел замедлить разложение, чтобы аромат продержался