Одна на рождество (2025)

Лиза Мейер, скрипач из Бостонского симфонического, влетает в свой родной городок Брекенридж за три дня до Рождества. Не из ностальгии — банк прислал последнее предупреждение по ипотеке, и единственный шанс продать старый дом родителей. Чемодан, набитый нераспакованными подарками для сестры и её детей, она волочит по обледеневшему тротуару к дому, который не видела восемь лет. Ключ заедает. В прихожей пахнет затхлостью и елкой, а в гостиной её уже ждет Марк, её бывший, который, оказывается, теперь работает риелтором и по договорённости с сестрой должен всё организовать. «Лиз, — говорит он, не вставая с лестницы, где вешает гирлянды, — котел еле дышит, а каминную полку вообще снесло прошлой зимой».

На второй день пропадает чемодан с подарками. Лиза, в старом свитере отца, роется на пыльном чердаке в поисках хоть чего-то, что можно подарить племянникам, и находит коробку своих подростковых дневников и гитару с оторванной струной. Сосед Ник, владелец местной мастерской, заносит посылку, перепутанную службой доставки, и застает её с этой гитарой. «Ты играла на скрипке в оркестре Тэлли, — вспоминает он, вытирая снежные капли с куртки. — Мой сын был на том концерте». Вечером, пытаясь разжечь хоть какой-то огонь в камине, Лиза случайно поджигает половик. Ник, увидев дым из окна, прибегает с огнетушителем. Пока они собирают мокрый пепел, звонит Марк: «Нашёлся покупатель. Приезжает после праздников». Лиза смотрит на закопченную стену и остывший глинтвейн Ника на ступеньках крыльца. «Отлично, — говорит она в трубку. — Просто отлично».