Я твой, ты моя (2025)

В Мумбаи, в переполненном вагоне метро, Адитья в дорогой, но мятой рубашке, крепко держался за поручень. Мира, пытаясь пройти к двери с папкой архитектурных чертежей, зацепила ее углом за его рукав. Раздался резкий звук рвущейся ткани. «Черт возьми, это была последняя чистая!» — вырвалось у него, а она, покраснев, пробормотала: «Я… я куплю новую». Он лишь фыркнул, разглядывая длинный разрез.

Судьба свела их вновь как соседей по комнате в старом доме Колаба. Протекающий душ, треснутая плитка на кухне и одно расписание на двоих. «В семь утра я мою голову, это не обсуждается», — заявила Мира, ставя свой шампунь на край ванны. Адитья в ответ придвинул свою бритву вплотную. Их войну нарушил общий друг, Раджев, приведший их в уличную закусочную. За дымящимися тарелками пани-пури, между колкостями о разбросанных носках и сожженном тосте, неожиданно всплыло общее — ненависть к шумной свадьбе в их доме и любовь к старому, забытому хиту.