Последний выход Эллен Коул (2024)

Хлопнула дверца шкафчика. Эллен, опершись на кухонный островок, долго смотрела на пузырьки в остывшем кофе — тот самый ритуал «пора заканчивать». Утром она забыла выключить утюг; Алан лишь закатил глаза за утренней яичницей. «Ты как будто не здесь», — бросил он, не отрываясь от телефона. Спустя три дня после ссоры из-за счета за воду (просроченная квитанция валялась под коробкой с хлопьями) Эллен уже сидела в арендованной конуре в квартале от дома, на Мейпл-драйв. Её «смерть» обставили шумно: разбитая бутылка бурбона на пирсе, босоножка, застрявшая между досок, её кошелек в мусорном баке у заправки. Первые двое суток она провела, кусая ногти у окна с биноклем, наблюдая, как копы, офицер Ривера и его напарница, прочесывают кусты сирени у их крыльца. Соседка Линда, вечно снующая с мопсом, рылась в её помойке — искала что-то компрометирующее, Эллен поняла это по тому, как нервно Линда оглядывалась.

Только недели через две адреналин схлынул, и Эллен заметила то, отчего её желудок скрутило узлом. Алан, который, по словам детектива, «безутешно рыдал» на опознании, перестал закрывать шторы в спальне. Через щель в жалюзи Эллен видела, как он, с работы приехав пораньше, не снимая пиджака, наливает два бокала шардоне. Второй бокал берет её сестра, Лора. Та самая Лора, что за месяц до «гибели» одалживала у Эллен мамин серебряный сервиз (так и не вернула). Диалог, подслушанный Эллен у черного хода: «Она не заслужила тебя, Алан, ты же знаешь. Она же психопатка, эта таблеточница». Эллен сжала в кармане ключ от их старой летней кухни — единственное место, где висела её старая рабочая куртка с диктофоном, случайно оставленным там ещё при жизни. Внезапно алиби Алана на вечер «заплыва» показалось ей дырявым, как старые колготки, а навязчивый звонок Линды с вопросами «а не оставила ли Эллен завещание на её имя?» — откровенной ложью. Эллен, грызя сухой тост, решает: нужно проникнуть в собственный дом, пока они на работе, и найти тот самый синий файл из её кабинета.