Даниэль, дерзкая студентка, приходит на еврейские поминки с родителями и друзьями семьи. Она готова к скучному вечеру, но всё рушится в момент, когда в дверях появляется её женатый любовник. Теперь ей нужно скрыть их связь, не дав никому ничего заподозрить. Балансируя на грани паники, Даниэль выкручивается как может, но её тайны грозят раскрыться в любой момент. Вскоре выясняется: у её взрослого папика тоже есть секреты, и они не менее опасны. Чем дольше длится вечер, тем сильнее ложь
Четырнадцать килограммов органического шпината, расписание по минутам и запрет на гаджеты. Энди, привыкший управлять арт-галереей и собственной жизнью, внезапно получает под опеку двух маленьких детей на три месяца. Перепоручить воспитание близнецов старшей дочери не выйдет: она ждёт ребёнка. Отступать некуда, и он берётся за дело с методичностью дельца. Здоровое питание, жёсткая дисциплина и строгий распорядок дня - его план кажется безупречным. Но дети отказываются жить по графику, а домашние
Смех в зале, аплодисменты - звуки, которые дочь покойного комика привыкла слышать с детства, но теперь они обернулись эхом чужой славы. Ей предстоит выйти на сцену и столкнуться с собственным страхом перед публикой. Тень отца давит на плечи, а пустой зал требует не просто слов, а той же искры, что зажигала толпу раньше. Каждая репетиция - попытка отделить память о нём от собственного голоса. Она пробует шутки, срывается, замолкает, но билеты уже проданы. Зритель пришёл за чудом или провалом, и
Смерть сестры выбивает нью-йоркского драматурга из привычной жизни. Он бросается в омут случайных связей и веществ, пытаясь заглушить боль и найти хоть какую-то опору. В этом хаосе он встречает девушку, которую знал в детстве. Их воссоединение не похоже на простое возвращение к прошлому. Вместе они отправляются в путешествие, где каждый шаг - это попытка разобраться в себе, а не сбежать от реальности. Экзистенциальный кризис героя обретает плоть: он перестаёт искать забвение и начинает искать