Ирвинг теряет опору: привычный мир рушится, и единственный выход она видит в одиночном походе по тропе Тихоокеанского хребта. Вдали от людей, среди глухого леса, героиня надеется убежать от проблем и разобраться в себе. Но тело подводит раньше, чем психика: серьёзная травма делает возвращение невозможным, а каждый шаг грозит стать последним. Оставшись без связи и помощи, Ирвинг оказывается лицом к лицу не только с дикой природой, но и с собственными внутренними демонами. Тревога нарастает,
Он ждёт в Венеции. Начинающий актёр, молодой и ещё не знающий, с чего начинается его собственная правда, сидит в городе, который сам по себе - декорация. Режиссёр, обещавший роль, задерживается. Время течёт сквозь набережные и гостиничные номера, и герой начинает задавать себе вопрос, который нельзя отложить: что такое любовь, если ты сам ещё не сыграл ни одной сцены всерьёз. Современное прочтение «Смерти в Венеции» сдвигает акценты. Здесь нет старого писателя и мальчика. Есть молодость,