Обычная жизнь Томаша Коменды обрывается в тот момент, когда его забирают из дома. Юношу обвиняют в жестоком убийстве, которого он не совершал, и приговаривают к двадцати пяти годам тюрьмы. Время идёт, и каждый день за решёткой отнимает у него то, что уже не вернуть: молодость, отношения, доверие к миру. Он пытается доказать свою невиновность, но система глуха. Чем дольше он сидит, тем призрачнее становится надежда на справедливость. Двадцать пять лет - достаточный срок, чтобы смириться. Но
Он хочет уехать, но не знает, зачем. Герой «Эмиграции» застрял между желанием сорваться с места и пустотой внутри, которую переезд вряд ли заполнит. Действие разворачивается в серой, неустроенной реальности, где каждый день похож на предыдущий, а мысли о другой жизни становятся навязчивыми. На пути встаёт не столько внешний запрет, сколько собственное безразличие. Противник героя - апатия, отсутствие цели и люди, которые давно махнули на него рукой. Сможет ли он вообще захотеть чего-то
Они потеряли то, что держало их брак на плаву: надежду на счастье друг с другом. Янек и Маржена застряли в раннем кризисе, где невысказанные обиды и неоправдавшиеся ожидания заполнили тишину между ними. Отчаявшись, они приходят к необычному психотерапевту. Его методы далеки от классических, и сеансы быстро выходят из-под контроля. Границы реальности стираются. Терапия перестаёт быть лечением и превращается в поле битвы, где подавленные претензии и скрытые намёки обретают плоть. Под пристальным
Слепой мальчик в приюте нащупывает клавиши, и мир впервые обретает очертания - через звук. Метек растёт блестящим исполнителем классики, но одна случайная джазовая пластинка рушит всё, что он знал о музыке. Теперь он хочет не повторять чужое, а говорить своим голосом, и эта цель становится одержимостью. Победа на фестивале в Монтро даёт ему признание, но не покой. Вместе с успехом приходит Зуза, и Метек впервые сталкивается с тем, что не подчинить ни ритму, ни воле: любовь. Ему придётся
Шестнадцать лет - возраст, когда даже суперсила не главная проблема. У Микеле она есть, но куда больше хлопот доставляют обычные подростковые сложности: школа, гормоны, чувство, будто ты никому не нужен. И тут, словно этого мало, объявляется мать, о существовании которой он не подозревал, а с ней и сестра-близнец. Женщины преследуют цели, в которые Микеле не посвящают. Он ещё не знает, что семейное воссоединение может обернуться чем-то опасным, а его собственная невидимость - лишь верхушка