Лондон, конец 1960-х. Гомосексуальность только перестала быть уголовным преступлением, но для Джереми Торпа, самого молодого лидера либеральной партии за столетие, она остается бомбой замедленного действия. Пока его бывший любовник Норман Скотт жив и хранит их тайну, блестящая карьера политика висит на волоске. Торп видит единственный выход: заставить Скотта замолчать навсегда. Стивен Фрирз снимает эту историю с холодной иронией английской драмы. Светские ужины, загородные дома и чопорные
Викторианская Англия, глухая деревня, где каждый шаг подчинён укладу и нраву. Кэтрин выдают замуж за мужчину вдвое старше, и её новая семья даёт понять: ни заботы, ни любви в этом доме не будет. Дни тянутся однообразно и холодно, пока она не встречает молодого рабочего с фермы мужа. Между ними вспыхивает страсть, и это чувство становится для Кэтрин не просто побегом от скуки, а единственной силой, способной сломать затворничество. Но в мире, где женщина - собственность, а её желания - угроза
В продуманном пригороде, где всё должно быть прилично, Сью хоронит брата. На поминках она встречает загадочного байкера Рона, и между ними вспыхивает искра. Но у Рона есть сын Энтони - влиятельный подросток из соцсетей, который одержим идеей сделать свою танцевальную группу звёздами. Энтони не замечает, что у него нет таланта, зато замечает каждое движение новой пассии отца. Сью оказывается между романтикой, на которую она решилась, и абсурдной войной амбиций с самоуверенным юношей. Ей
Альберт соглашается присматривать за Мией, девочкой с зубами из чистого льда. Он появляется в её квартире, за стенами которой она никогда не была. Ему предстоит понять, по каким правилам существует этот замкнутый мир и что на самом деле значит его роль. Мия не говорит, но её зубы холодят воздух в комнате. Альберт пытается наладить контакт, и постепенно рутина ухода оборачивается чем-то большим. Однажды ему сообщают: ребёнка нужно готовить к отъезду. Куда и зачем - не объясняют, но прежний
Густав Климт теряет контроль не только над кистью, но и над собственной репутацией: его откровенные полотна принимают за порнографию, а заказчики один за другим отворачиваются от скандального художника. В попытке удержать творческую свободу он мечется между тремя женщинами - страстной Лией де Кастро, платонической музой Эмили Флеге и верным другом Эгоном Шиле, чьи взгляды на искусство ещё радикальнее. Каждая из этих связей требует от Климта выбора, которого он избегает всю жизнь: идти на
Вересковая пустошь хранит память о мальчике, которого нашли на улицах Ливерпуля и привезли в поместье Грозовой перевал. Он вырос рядом с Кэти, дочерью хозяина, и их связь стала сильнее любых семейных уз. Но миру Эрншо и Линтонов тесно для двоих: сословные перегородки, ревность и гордость превращают чувства в оружие. Хитклифф и Кэти раз за разом выбирают не друг друга, а месть и положение, и этот выбор раскалывает оба клана на поколения вперёд. Тяжёлый ветер, сырая земля и лица, на которых
Знаешь, есть один сериал, про который я до сих пор иногда вспоминаю — ну, тот самый, где врачи в белых халатах не просто спасают жизни, а сами постоянно влипают в такие истории, что хоть святых выноси. Помнишь эти мрачные коридоры больницы, которые будто дышат своими секретами? Как же там атмосферно было! То ли освещение такое гнетущее, то ли сценаристы специально нагнетали, но у меня каждый раз мурашки по спине, когда вспоминаю сцену с лифтом… брр. А эти диалоги! Персонажи говорили так, словно