В деревне Ямагути, затерянной меж рисовых полей, 12-летняя Акира находит в бабушкином сундуке пожелтевший рецепт с пометкой «*Амэ-ринго*». Бабка Митико, разминая тесто для данго, бурчит: «Не трать время на выдумки — яблоки тут не растут». Акира, раздобыв у рыбака Хироси карту с отметкой старого сада на склоне вулкана, крадет лодку-добане. По пути спасает от лисицы мальчишку-сироту Такуми, который таскает в мешке треснувший медный колокольчик — «для отпугивания духов». На развалинах сада они
В старом особняке на окраине Лондона, заваленном пожелтевшими книгами по алхимии, герцог Клаус фон Рейхенбах коптит лампой потолок библиотеки. Его горничная Лира, в чёрном платье с обгоревшим подолом, чистит кинжал на кухне, пока вода в чайнике закипает тревожным свистом. "Вы снова забыли про ужин", — бросает она, ставя перед ним тарелку с остывшим супом. Он, не отрываясь от карты с рунами, бормочет: "Дождись полуночи — увидишь, чем я ужинал". За окном тускло мерцают газовые
Котаро, 19 лет, каждое утро покупает два бэнто с тэрияки в ларьке у станции Сибуя — для себя и Ами, 17-ти, с которой живёт в одной квартире на третьем этаже. Они называют друг друга братом и сестрой, но после смерти родителей Котаро находит старые письма в жестяной коробке под кроватью: «Твоя мама не могла иметь детей. Ами — из приюта». Он роняет на пол чашку с чаем, зелёные осколки застревают в щелях паркета. «Почему молчала?» — «Боялась, что уйдёшь», — бабушка мнёт фартук, пока Ами на кухне
Сора, студент из Токио, столкнулся с эльфийкой Лирой возле мусорных баков за своим домом в районе Ками-Игуса. Она в чёрном плаще с выцветшими серебряными узорами, сжимала в руке поломанный кинжал и требовала «энергетических кристаллов», тыкая пальцем в автомат с батарейками. «Здесь нет магии, — пробормотал Сора, поправляя очки, — только конбини через дорогу». Лира, не слушая, разбила стеклянную дверцу, схватила пачку жевательного мармелада и заявила: «Этот мир… слишком шумный. Но еда лучше». Её