Прага, наши дни. Седому писателю уже за семьдесят, и он слишком хорошо замечает, как выдыхается его слог. Вместо тихой старости его будни наполняет сущий бедлам: герои собственных книг обретают плоть. Они являются в мир в разной степени готовности, с самыми нелепыми просьбами и странными требованиями. Каждое такое вторжение - это встреча с плодом его фантазии, который теперь живёт по своим правилам. Писатель пытается совладать с этим потоком, но персонажи не собираются уходить по щелчку
Богемия, 1913 год. Чешский чемпион по лыжам Богомил Ганч выходит на старт гонки, зная, что погода вот-вот рухнет. Он не может позволить себе отступить: за ним титул и собственная гордость. Снежная буря накрывает трассу быстрее, чем он успевает добраться до финиша. Ганч теряет силы и ориентиры, падает в сугроб и больше не поднимается. Его друг Эмерих Рат находит лыжника почти заживо погребённым снегом. Рат отдаёт Ганчу собственную куртку и пытается вытащить его к людям, но метель не отпускает.
1620-е годы. Европу раздирают религиозные войны, и Чехия теряет независимость. В этом огне рождается убеждение человека, которому суждено стать голосом своего народа за тысячи километров от дома. Ян Амос Коменский вынужден покинуть родину из-за веры. Изгнание становится его пожизненным уделом, но не приговором к молчанию. Он пишет - почти двести книг, трактатов и учебников. Его идеи о всеобщем образовании, о мире без войн и о праве человека на знание опережают время настолько, что их услышат
Ян потерял всё: жену, покой, а теперь и собственную свободу. Взяв на себя ответственность за её убийство, он выходит на след преступника, чтобы тот не ушёл от наказания. Но его план держится на лжи, и каждый шаг в погоне приближает момент, когда правда выйдет наружу. Чем глубже Ян погружается в розыск, тем яснее: он не просто ищет убийцу, он пытается удержать контроль над собственной жизнью, которая давно пошла под откос. Его бывшая жена мертва, а сам он балансирует между ролью мстителя и ролью
Он вернулся домой в Чехословакию летом 1945 года. Как и тысячи других пилотов, воевавших в британских Королевских ВВС, он ждал мира и надеялся, что демократия Первой республики восстановится. Но история распорядилась иначе: герои для британцев, решившие исход войны, на родине вскоре оказались под следствием за государственную измену. Послевоенная эйфория быстро сменилась тревогой, а разорванные войной человеческие связи начали сплетаться заново в атмосфере подозрений. Его жизнь - это не подвиг,