В опустевшую японскую деревню входят двое. Тишина здесь тяжелее крика: жители молчат, но их взгляды полны страха и надежды. Два священника-иезуита пересекли моря, чтобы отыскать пропавшего наставника. Они знают, что христианство загнано в подполье, что за веру здесь пытают и убивают. Но у них есть долг: нести слово и не оставлять паству. Чем глубже они уходят в страну, тем яснее понимают правила этой игры. Местные власти не просто требуют отречения - они заставляют предавать веру через чужое
Конверт с японской маркой - единственное, что осталось от женщины, которую Юбер Фиорентини любил двадцать лет назад. Французский полицейский с тяжёлым характером и рефлексами бойца летит в Токио, чтобы исполнить её последнюю волю. Там его ждёт дочь, о которой он не знал, старый приятель и наследство в двести миллионов долларов. Деньги привлекли якудза, и теперь каждый шаг Юбера - это баланс между отцовством и дракой. Дочь требует объяснений, прошлое не даёт передышки, а местные бандиты уже ищут
Детство, в котором была только любовь к каллиграфии и древнему роману «Записки у изголовья», обернулось замужеством с жестоким мужчиной. Нагико сбегает от него, чтобы наконец жить для себя: менять любовников, читать и искать моделей для своего необычного искусства. Она пишет слова на мужских телах, превращая кожу в бумагу. Англичанин Джером подсказывает ей использовать живые «страницы» для книги мести. В голове Нагико созревает изящный и грациозный план: тринадцать любовников, тринадцать тел,
Париж, уютный старый бистро с многолетней историей. Восемь пожилых мужчин собираются за привычным столом: они когда-то были «королями Парижа», национальными сокровищами, мастерами своего дела. Ритуал отточен годами, в нём смешались нежность и жестокость, любовь и давняя взаимная неприязнь. Друзья ненавидят и обожают друг друга, их чувство юмора и самоирония никуда не делись. Но в этот раз в размеренный вечер врывается посторонний. Появление незваного гостя ломает привычный ход вещей, и за