Погнутая детская игрушка, забытая на подоконнике, - единственное, что осталось от старшего сына. Отец не находит сил пережить эту потерю и всё глубже уходит в зависимость. Дом, где когда-то звучал смех, теперь наполнен тишиной и горьким запахом выпивки. Его младшая дочь ещё верит, что прежнего папу можно вернуть. Она не требует обещаний и не читает нотаций. Каждый вечер она садится на тот самый подоконник и просто молится. Девочка не знает, слышит ли её кто-то, кроме ночных фонарей за окном. Но
Джейк Гаттнер, в прошлом снайпер морской пехоты, чинит пробитое колесо у трейлера на окраине Эль-Пасо. Жара плавит асфальт, а через треснувшее окно кухни доносится голос жены Эмили: «Опять ночные выезды? Хватит врать, я видела следы крови в раковине». Он бросает гаечный ключ, вытирает ладонью пот со лба: «Картель не успокоится, пока не снимет с меня скальп. Или не заполучит Люси». Девочка, сидя на ржавых качелях, рисует мелом на песке кота с ошейником в шипах. Шериф Барлоу, ковыряя зубочисткой
Терри О’Нил копался в подвале, пытаясь починить протекающую трубу, когда наткнулся на металлический люк под старым ковром. Шон, её муж, ворчал: "Кто вообще строит дом с такими дырами? Это же мусор, а не коммуникации". Вместо труб они обнаружили узкий тоннель, пахнущий сыростью и чем-то химическим, вроде перегоревшей проводки. Их младшая дочь, Лила, услышав шум, спустилась с фонариком и заметила в темноте два бледных существа, сплетённых в клубок, как спящие кошки. "Мама, они…