Эд Уоррен хватается за грудь и оседает на пол во время обряда экзорцизма: сердце не выдерживает, а демон не уходит. Тогда парень старшей сестры мальчика, Арни, предлагает сущности свою душу. Спустя время он убивает домовладельца и утверждает, что ничего не помнит. Впервые в истории США подозреваемый ссылается на одержимость демоном. Уоррены понимают: спасти Арни можно, только доказав в суде реальность сверхъестественного. Судьба парня и вера в их работу - одно целое. Эд смотрит на Лоррейн и
Двадцать две мили ада. Элитный отряд «Призраки» - секретная единица, которой официально не существует. Их задача: вытащить ценного свидетеля из Юго-Восточной Азии и доставить к спасительному самолёту. Агент ЦРУ и индонезийский полицейский оказываются внутри коррупционного заговора. Им предстоит пройти сквозь город, кишащий врагами. Каждый квартал, каждый переулок таит засаду. Герои не знают, кому можно верить, а пули летят со всех сторон. Время утекает, расстояние не сокращается. Двойная игра и
Переезд в новый город - тоска, чужие стены, никаких друзей. Зак уже настроился скучать, пока не встретил Ханну. Девушка живёт за забором, её отец Роберт Стайн пишет страшные истории, и заперт в доме крепче, чем в тюрьме. Оказывается, все чудовища из книг «Ужастиков» настоящие, и Стайн держит их на страницах, чтобы они не разбежались по миру. Зак случайно открывает клетку. Оборотни, зомби, гигантский снежный человек и агрессивные садовые гномы вываливаются в реальность. Теперь компания
Побег из тюрьмы даёт Гилберту Галвану-младшему шанс исчезнуть. В Канаде он покупает новое имя, но не покупает покой: воровской азарт сильнее осторожности. Он грабит десятки банков и ювелирных лавок, с каждым налётом оттачивая дерзость и ускользая от полицейских ловушек. Чем больше он рискует, тем легче становится добыча - и тем громче звучит его имя в криминальных сводках. Успех кружит голову бывшему заключённому, превращая его в легенду, за которой охотится целая страна. Но у закона есть свой
Агент ФБР привык выслеживать преступников, а его брат привык отмывать для них деньги. Они давно не общаются и живут по разные стороны закона. Общего у них только то, что похищена их семья. Теперь, чтобы вызволить близких из рук главаря преступной группировки, братьям придётся действовать сообща. Один умеет вычислять следы, другой знает, как устроены теневые схемы. Но доверия между ними нет, а каждый неверный шаг грозит тем, что заложников больше не увидят живыми. Смогут ли они забыть старые
Забвение подбирается к ней быстрее, чем она успевает выучить новый текст. Лилиан Холл, легенда Бродвея, привыкла управлять залом и своей жизнью, но теперь её противник - не режиссёр и не конкурентка, а собственная память. Диагноз «деменция» звучит как приговор карьере, однако актриса отказывается уступать сцене без боя. Она продолжает репетировать, цепляясь за каждую строчку роли, и одновременно пытается удержать рассыпающуюся на куски реальность. Вопрос не в том, сможет ли она сыграть
Индонезийская исламская школа-интернат. Тихая рутина молитв и учёбы, где трое друзей - Худа, Риан и Сайид - пытаются удержать равновесие после потери в семье. Каждый из них тянется к своему: один ищет опору в вере, другой мечтает вырваться за стены, третий цепляется за воспоминания. Общее горе не сближает, а тихо разводит их по разным углам. Подростковая драма здесь замешана на тревоге: потеря - это пустота, которую ни молитвой, ни бунтом не заполнить. Вопрос не в том, кто ушёл, а в том, что
Тридцать лет назад, в канун Рождества, Еву оставили на ступенях церкви. Повзрослев, она чувствует, что не может идти дальше, пока не узнает, кто её родители и почему они поступили так. Вместе с парнем Крисом и известным генеалогом она начинает поиски, которые обещают ответы, но грозят и новыми вопросами. Каждая найденная запись или имя приближает к правде, но заставляет гадать, какой окажется эта правда. Семейная тайна здесь не просто загадка, а корень давней боли, и героине предстоит решить,
После десятилетий на бродвейской сцене, сотен сыгранных ролей и прочных оваций Лилиан Холл сталкивается с тем, что её главный инструмент - собственная память - начинает давать сбои. Она готовится к новой постановке, но на репетициях не может вспомнить текст, который выучила накануне. Сначала это кажется усталостью, но визит к врачу подтверждает худшее: старческая деменция, прогрессирующая и необратимая. Диагноз звучит как приговор карьере, однако Лилиан отказывается сдаваться. Она решает выйти