2015 год, арабское государство Йевер. Государственный переворот оборачивается гражданской войной. Отряд китайского спецназа получает приказ: вывезти сотрудников посольства и всех граждан Китая из зоны боевых действий. Повстанцы и радикальные исламисты охотятся за урановым концентратом. Им нужна «грязная бомба». Спасательная миссия перестаёт быть просто эвакуацией: спецназовцы оказываются между бегущими людьми и теми, кто готов стереть город с лица земли. Командир отряда принимает решение не
Одиночный выстрел режет тишину, и молодой рекрут Чжан Таофан начинает отсчёт, который изменит ход Корейской войны. Ему двадцать два, он только что попал в отряд снайперов и ещё не знает, что следующие тридцать два дня станут испытанием на пределе человеческих возможностей. За спиной - приказы и товарищи, впереди - вражеские позиции, где каждая секунда на прицеле может стоить жизни. Чжан действует на холодном расчёте: четыреста тридцать пять выстрелов, двести четырнадцать подтверждённых
Убийство посла чжурчжэней накануне переговоров ставит под удар хрупкий мир между империей Сун и государством Цзинь. Пропало секретное письмо, а вместе с ним - надежда избежать войны. Министр Цинь Хуэй даёт два часа, чтобы найти преступника. Капрал, знающий язык и обычаи Цзинь, оказывается главным подозреваемым. Вместе с заместителем командующего гарнизоном он должен раскрыть убийство и вернуть письмо, иначе сложит голову. Время уходит, каждый шаг приближает к разгадке, но и к гибели. Чжан Имоу
Город тонет в стрельбе и дыму, посольство работает на пределе. Китайский дипломат и министр иностранных дел застряли в африканской стране, где вспыхнула война. У них одна задача: вытащить своих граждан, пока хаос не перекрыл все пути. Герой действует не в окопах, а в коридорах власти и на блокпостах, где слово решает столько же, сколько броня. Под угрозой жизни сотен людей, а времени на переговоры почти нет. С каждым часом эвакуация всё больше напоминает гонку с артиллерией. Противник - не один
В 1960 году трое китайских альпинистов поднялись на Эверест по северному склону, но камера была потеряна, и мир усомнился в их победе. Спустя пятнадцать лет государство решает доказать мощь китайского альпинизма и призывает тех самых ветеранов снова вести группу на вершину. Героям предстоит не просто повторить маршрут - заново пройти через холод, разреженный воздух и собственные травмы, чтобы искупить сомнения прошлого. Каждый шаг вверх отнимает силы и приближает развязку, а за спиной остаётся
Первый выстрел в этой истории делает не гангстер, а его девушка. 2001 год, индустриальный Датун. Танцовщица Цяо влюблена в местного бандита Биня. Когда на их машину нападают, она хватает оружие, чтобы защитить его, и получает пять лет тюрьмы. Выйдя на свободу, Цяо отправляется искать любимого. Но время изменило всё: город, людей и, возможно, самого Биня. Ей предстоит понять, осталось ли в нём место для неё и готова ли она принять то, что найдёт. За годы разлуки выросла не только стена между
12 июля 1953 года, за месяц до перемирия на Корейской войне. Китайские добровольцы получают приказ удержать мост через реку Пукханган. Без него невозможно перебросить подкрепление для решающей битвы за Кымсон. Американская авиация методично бомбит переправу, каждый новый налёт стирает её с лица земли. Герои не выбирают: держать оборону любой ценой. Под постоянными ударами с воздуха они чинят проломы, вытаскивают раненых и снова встают на пути бомбардировщиков. Вопрос не в том, выживут ли они.
Заснеженный лес Маньчжоу-го, 1930-е годы. Враг знает о высадке четырёх агентов раньше, чем их ноги касаются земли. Предатель в рядах - это не просто утечка, это ловушка, захлопывающаяся с первым шагом. Группа разделяется: одна двойка, обнаружив шпионов, уходит в бега с оружием на перевес. Вторая попадает в руки спецслужб, даже не успев понять, что операция провалена. Теперь правительственные агенты используют захваченных, чтобы выманить тех, кто ещё на свободе. Погоня идёт по следу, каждый
Первый спутник, первая Олимпиада, возвращение Гонконга: череду больших событий проживают простые люди. Для каждого из них дело чести - внести свой вклад в общее дело, будь то починка антенны или подготовка торжественного парада. Герои рискуют опоздать, ошибиться, подвести товарищей в решающий момент. Вместо пафоса - будничное упорство, вместо громких слов - конкретные поступки. Тот, кто дерзнул, уже не сможет остаться в стороне. «Я сделал это не для себя».
Потеряв всё в результате подставы, бывший прокурор оказывается в центре криминального расследования, где его прошлые навыки - единственное, что у него осталось. Он вступает в опасную игру с теми, кто лишил его прежней жизни. В этом противостоянии ему приходится действовать на грани закона, а каждый шаг приближает к тем, кто стоит за системным злом. Правосудие здесь - инструмент, а не цель, и герой рискует утратить последнее, что его держит: способность отличать месть от справедливости.
Императорский стражник Шэнь Лянь случайно натыкается на след заговора против трона. Высокое звание не даёт ему защиты: коллеги ждут ошибки, простые люди боятся. Попытка докопаться до правды только ухудшает положение. Чтобы выжить, ему нужно либо убить художницу Бэй Чжай, либо дать ей умереть. Оба варианта для него неприемлемы. Девушка - единственная, кто знает правду, но раскроет ли она её? Шэнь Лянь оказывается между долгом ищейки и тем, что велит совесть. Доверять нельзя никому, остаётся
Двое мужчин, потерявших работу, приходят к дому должника не за сочувствием, а за деньгами. Долг нужно вернуть, и единственный способ - временно взять на себя заботу о его дочери Цянь Цянь. Они рассчитывают на короткую и простую сделку, но вскоре выясняется, что девочка осталась одна. Теперь вместо того чтобы требовать, им приходится кормить, укладывать и слушать. Бывшие коллеги, которые едва терпят друг друга, оказываются в квартире с ребёнком, который никуда не денется. Привычный расчёт
Он выжил там, где погибли все остальные. Перестрелка, в которой полегла почти вся его группа, оставила副支队长秦驰 с пулей в голове и дырами в памяти. Он помнит только цифру - «714» - и чувство, что правду знать опасно. Тело заживает, но сознание цепляется за обрывки: лица коллег, которых больше нет, и собственные слова, которые не вяжутся с версией начальства. Чем глубже он вкапывается в обстоятельства той ночи, тем сильнее расходятся показания выживших и улики. Сослуживцы смотрят с подозрением:
Китай времён культурной революции. Беглый заключённый из трудового лагеря, рискуя всем, пробирается в посёлок, где крутят кинохронику. В ней - единственная возможность увидеть дочь, которую он потерял годы назад. Но плёнку у него крадёт местная сирота, и контейнер с заветным номером переходит из рук в руки. Погоня за бобиной приводит обоих в городок, где жители с нетерпением ждут показа «Героических сыновей и дочерей». Только одна из коробок с фильмом раскрылась в дороге: плёнка спуталась и
1940 год, Нанкин. Бывший профессор истории Цзинь Шэньшуй теряет всё: работу, безопасность, привычный мир. Он оказывается на территории Бюро безопасности при марионеточном правительстве Ван Цзинвэя, где сталкиваются интересы враждующих сил. Каждый угол здесь таит угрозу, и доверять здесь нельзя никому. Цзинь Шэньшуй движется в этой ловушке, вдохновлённый анти-японским сопротивлением. Ему предстоит разобраться, кто свой, а кто враг, и понять, чем он готов пожертвовать ради дела. Семь убийств
Полицейские Третьей Бригады УГРО получают дело, от которого отказываются все остальные: в собственной квартире найдена изнасилованная и убитая девочка. Герои теряют право на обычную жизнь, берясь за расследование. Улик почти нет, а единственный способ добраться до убийцы - обойти закон, который они сами обязаны защищать. Каждый шаг в этом деле превращает их существование в ад: подозрения начальства, давление сверху, собственная совесть, требующая справедливости любой ценой. Время и место
Китай, наши дни. Прокурор берётся за своё последнее дело. Он договаривается с коллегой об оправдании подозреваемого, надеясь восстановить справедливость в рамках буквы закона. Спокойная процедура рушится, когда за привычными формулировками дел проступает живая, неудобная правда. Герой оказывается между служебным долгом и собственным пониманием того, что правильно, а что нет. Он вступает в диалог с системой, где каждое слово может обернуться против него. Прокурор замирает с ручкой над бумагой,