Пыльная дорога, толпа, человек, говорящий так, будто каждое его слово - камень, брошенный в стоячую воду. Пазолини снимает Евангелие без чудес, без сияющих нимбов и умиротворяющей музыки. Его Иисус - не мягкий проповедник, а одержимый правдой радикал, чьё лицо обожжено солнцем и гневом. Здесь нет декораций-открыток, только суровая реальность Южной Италии, которая становится древней Иудеей. Режиссёр берёт текст Матфея почти дословно, но вкладывает в него марксистскую горечь: Христос говорит о
В богатый миланский дом входит красивый незнакомец. Его присутствие переворачивает привычный уклад: он по очереди вступает в близость с каждым из домочадцев - служанкой, сыном, дочерью, матерью и отцом. Кажется, что он дает каждому то, чего тому не хватало. Гость исчезает так же внезапно, как появился. Семейство остается наедине с тем, что этот контакт вскрыл. Служанка обретает нечто вроде святости, сын пытается рисовать, дочь впадает в ступор, мать ищет случайных связей, отец отдает фабрику
Ясон добыл Золотое руно и привёз в Грецию Медею - женщину, чья сила питается древними ритуалами и кровью. Её магия помогла ему, но в цивилизованном Коринфе для неё места нет. Царь изгоняет чужеземку, а Ясон не заступается: он уже смотрит в сторону царской дочери Глоции. Для Медеи предательство - не просто разрыв. Её мир устроен иначе: любовь и клятва здесь равны судьбе, а за поруганную верность платят сполна. Она остаётся одна в чужом городе, лишённая дома и будущего. Ясон получил трон и
Сын немецкого промышленника Юлиан с детства чувствует странное притяжение к свинарнику. Пока его отец-магнат и деловой партнёр с нацистским прошлым заключают союз, Юлиан всё чаще исчезает среди свиней. Невеста Ида не может понять, почему он холоден с ней и куда уходит. Параллельно в безвременной пустыне разворачивается другая история. Там двое мужчин бредут по камням, и один из них голодает так долго, что готов на всё. Их встреча с местными жителями оборачивается жестокостью, которая не требует