Циркулярная пила разъединяет руку и её хозяина. Розали, отрубленная кисть, выбирается из лаборатории и пускается в путь через холодный город. Ей нужно успеть, пока кровь не остановилась окончательно. Параллельно Науфель, парень, которому эта рука принадлежала, пытается устроиться курьером и знакомится с девушкой по имени Габриэль. Он влюбляется в неё, но не решается подойти. Розали карабкается по стенам и перелезает через решётки, а Науфель топчется на месте, боясь сделать первый шаг. Две линии
Вернувшись из больницы, Бэзил поселяется у младшей сестры Сары, единственной, кто знает о его расстройстве. Он пытается собрать заново привычный быт: найти работу, наладить личную жизнь. Но каждое новое знакомство с родственниками Сары требует новой лжи, и каждый шаг навстречу нормальности грозит обернуться провалом. Бэзил балансирует между желанием быть как все и страхом, что правда разрушит только отстроенный порядок. Он держится за рутину, за улыбку, за роль обычного тридцатилетнего мужчины,
Тихая жизнь с бабушкой, чьи дни сочтены, рушится в тот момент, когда Хава узнаёт о визите Мишель Обамы в Париж. Девушка решается на отчаянный шаг: попросить первую леди США стать её новой матерью. За этой безумной идеей стоит не детский каприз, а страх остаться совсем одной. Хава цепляется за последнюю соломинку, и каждый её шаг балансирует между надеждой и неизбежностью. Получится ли у неё достучаться до той, кто живёт в совершенно другом мире? Ради этого она готова на всё.