Ночная смена в чужом доме начинается обычно: проверить, спит ли ребёнок, приглушить свет, оставить дверь приоткрытой. Элен делает это не в первый раз. Но в этот раз детский шёпот из комнаты звучит слишком настойчиво, а тишина в коридоре становится плотной. Она подрабатывает бебиситтером и привыкла к капризам и страхам, пока не замечает: некоторые из них слишком похожи на правду. Девочка боится не темноты, а того, кто в ней дышит. Элен проверяет замки, включает везде свет, но страх уже перешёл
Древняя легенда о Пегом Дудочнике оказывается не вымыслом: мистический странник в пёстром костюме действительно обрекал целые поселения на смерть. Мэл, обычный музыкант, далека от этих историй - она просто старается обеспечить свою дочь. Однажды ей удаётся наиграть мелодию, способную вводить людей в транс. Таким даром Гамельнский крысолов делиться не станет. Древнее зло возвращается в мир, чтобы написать новую кровавую историю. Мэл оказывается между желанием использовать свою музыку для
Мэл не верит в древние легенды, пока однажды не наигрывает мелодию, вводящую людей в транс. Обычный музыкант, она думает только о том, как обеспечить дочь, но этот дар привлекает того, кому он принадлежит по праву. Пегий Дудочник из пугающих историй оказывается реален и не намерен делиться своей силой. Мэл теряет контроль над собственной жизнью: её музыка становится не спасением, а приманкой для древнего зла. Целые поселения когда-то погибли от его рук, и теперь он снова здесь, чтобы написать
Одинн перебирает старые дела о гибели подростков в закрытом центре. Через десять лет после трагедии он всё ещё не может отпустить эти смерти. Каждый новый документ, каждая найденная запись приоткрывает не просто жестокость системы, а нить, ведущую к гибели его бывшей жены. Чем ближе он подбирается к истине, тем яснее понимает: он искал не убийцу, а собственное прошлое. Холод исландской зимы, разбитая плитка в пустом коридоре и тишина, в которой тонут все вопросы. Одинн сжимает папку с делом.