Алекс Леви привыкла просыпаться в эфире с одним человеком. Митч Кесслер был её партнёром, другом и гарантом стабильности в мире, где улыбка должна быть безупречной, а рейтинг - высоким. После его увольнения за обвинения в неподобающем поведении она теряет не просто коллегу: рушится экосистема, которую они строили годами. В студии появляется Брэдли Джексон - журналистка, для которой прямой эфир не сценарий, а возможность сказать правду, даже если она ломает иерархию и привычный глянец. Нью-Йорк,
Звонок от адвоката, который разбирает чужие скелеты в шкафу, застаёт его врасплох. Рэй Донован умеет заставить исчезнуть скандальные улики, отмазать кинозвезду от обвинений или договориться с полицией. Лос-анджелесская элита платит ему за молчание и чистоту репутации. Но дома его ждут брат с зависимостью, отец, только что вышедший из тюрьмы, и двое детей, которых он почти не знает. Каждый новый заказ требует всё более грязных методов, и грань между спасением чужой карьеры и собственным падением
Солнечный день на многолюдном пляже. Кора Таннетти, молодая мать, на глазах у мужа, сына и десятков отдыхающих наносит незнакомцу несколько ударов ножом для фруктов. Она не пытается бежать, не отрицает вину и не может объяснить, что на неё нашло. Детектив Гарри Эмброуз берётся за дело, в котором нет загадки преступника, но есть пустота на месте мотива. Ему предстоит пробираться в самые тёмные закоулки памяти женщины, чтобы понять, какой груз превратил обычный день в кровавую сцену. Сериал
Враждующие государства Гилбоа и Геф не выходят из войны. Рядовой Давид Шеперд подбивает вражеский танк «Голиаф» и вызволяет из плена наследного принца. В одно мгновение он становится национальным героем. Король Сайлас приглашает парня во дворец, и Давид попадает в мир политических интриг и высшего света. Ему предстоит подниматься по социальной лестнице, где каждый шаг даётся ценой компромиссов. Действие разворачивается в альтернативном мире, где технологии соседствуют с монархическими
Начальница - женщина, которую называют бесчувственной, и в новой стажёрке Лу видит лишь расходный материал. Но Лу устроилась в голливудскую студию не для того, чтобы терпеть и прогибаться. Она собирается перехитрить каждого манипулятора и интригана в этом здании. В Fountain Pictures кипит война амбиций, где должность ассистента - это должность мишени. Чем выше Лу поднимается по служебной лестнице, тем больше коллег хотят её сбросить. Вопрос не в том, сможет ли она выжить в этом мире. Вопрос в
Норману Бейтсу нужно решить: остаться с матерью или попробовать жить своей жизнью. После смерти мужа Норма переезжает с сыном-подростком в Орегон, в тихий Вайт-Пайн Бэй. Она покупает мотель и старый дом, надеясь начать всё заново. Норман добродушен и наивен, он тянется к людям и хочет доверять миру. Норма же безжалостна в своей любви: она не отпустит сына, даже если ради этого придётся отгородить его от всего живого. Мать и сын слишком разные, но их связывает что-то общее. Это чувство толкает
Сломанная бита на газоне школы для глухих детей. Вспыльчивый бейсболист, которого отправили сюда тренировать команду после пьяной драки, не верит ни в этих ребят, ни в себя. Ким Сан-Нам потерял вкус к игре и смотрит на безнадёжных учеников с раздражением. Но глухие подростки не читают его скепсиса: они ловят каждое движение тренера и тянутся за мячом с отчаянной надеждой. Через их немое упорство к нему возвращается память о том, зачем он вообще когда-то взял биту в руки. Любовь прорастает
Элейн Барриш знает Белый дом изнутри: она была первой леди. Теперь она хочет войти туда с другой стороны, начав собственную политическую карьеру. Но прошлое не становится трамплином, оно превращается в груз. Её фамилия открывает двери, но тут же захлопывает их, потому что за каждым её шагом следят с удвоенным пристрастием. А дома ждёт сын Дуг, у которого на мать свои виды и свои счёты. Элейн приходится лавировать между чужими интригами и семейными обидами. Она учится быть не просто бывшей женой
В прибрежном городке Блэкторп учитель истории Марк Фэрроу копается в архивах заброшенной библиотеки, находя дневник 1947 года с записями о «ночных визитах». Его соседка, медсестра Лена Шоу, замечает у пациентов из портового района одинаковые ожоги на запястьях — как будто от железных наручников. Рыбак Джо Келси притаскивает в паб «Якорь» обломок доски с выжженным знаком: три перекрещенных крюка. *«Это с «Мэриэнны», — бормочет старик у стойки, — они тогда тоже рисовали, пока корабль не ушел ко