Сирена (1 сезон)

Чан Ми, морской биолог, каждый день в семь утра проверяла данные с гидрофонов в Институте океанографии Пусан. На экранах — только крики китов и шум течений. Ее коллега, Ким Тхэсик, постучал карандашом по отчету: «Опять сбой. На координатах 34.81, 128.73 вся аппаратура молчит, как рыба». Чан Ми отложила чашку с остывшим ячменным чаем. Ей пришла бумажная распечатка — отчет двадцатилетней давности о закрытой военной станции «Амбиент» на острове Манвольдо. Ее дядя, Цой Джин, числился там техником. И пропал. Она села на паром, потом на рыбацкую лодку старого Пак Чжунхо. Он сказал, глядя на туман: «Там теперь только чайки да ржавые трубы. И странные звуки, когда ветер с востока».

Заброшенная станция пахла ржавчиной, солью и плесенью. В треснувшем мониторе нашла кассету с записями. Вставила в старый плеер. Шум, потом голос дяди, взволнованный: «Объект не соответствует никаким известным видам. Он… имитирует человеческую речь. Он выучил мой голос». Запись обрывалась детским смехом, точь-в-точь как у ее младшей сестры, умершей годы назад. Чан Ми нашла замурованный спуск в затопленный тоннель. Фонарь выхватил из темноты чешуйчатую кожу, сливающуюся со скалой. Существо повернуло голову. Его рот открылся, и прозвучал голос Пак Чжунхо: «Помоги мне». А потом ее собственный голос, записанный с утра по телефону: «Мама, я скоро вернусь». Чан Ми уронила фонарь. Вода была ледяной. Она поняла — оно не атакует. Оно зовет. И теперь знает, как именно.