Последний житель (2016)

Вот набросок сюжета, как я его вижу. Без названия и года, как просили.

***

Улица Туманяна, Ереван. Не фонтан «Три девицы» работает, а Ара Саркисян — сидит на корточках, ковыряет ножом засохшую жвачку под скамейкой. Рядом — пустые бутылки из-под «Котюга» и ржавая «Лада-2107», вросшая в асфальт колесами. Электричества не было уже полтора года, воду дают по вторникам по часу. Ара ей заряжает свой последний повербанк от солнечной панели, которую он нашел в «Детском мире» и примотал скотчем к балкону. Он — вообще единственный, кто из всего дома остался. Никого нет. В 402-й тетя Назик два месяца назад повесилась, не выдержала. В 203-й художник Размик уехал в Сочи и пропал. Ара остался, потому что кота жалко — рыжего, толстого, кличка Цовик. Цовика кормит голубями, их на проспекте Маштоца до сих пор туча. Вчера на помойке у кинотеатра «Москва» Ара нашел пачку чая «Ахтамар» — до сих пор не вскрытая. Только воды нет, чтобы заварить. Он звонит по рации на старую АТС — там, в подвале центрального узла, который работает от дизель-генератора, сидит парень Тигран с тетей Лусин. «Тигран, есть контакт с живыми?», — спрашивает Ара. В ответ — треск, и Тигран говорит, что в Румынии вроде всё умерло, а в Варденисе какие-то люди вышли на связь, говорят, там яблоки в садах целые. Ара смотрит на свою невскрытую пачку чая, вздыхает и решает, что надо бы двигаться.

На третий день пути его встречает стадо одичавших коров на трассе Ереван — Севан. Одна корова — с собачьим ошейником, Ара его по звуку узнает. Идти дальше просто пешком нельзя — дороги разбиты, мост через Раздан обвалился. Приходится в обход, через Канакерский перевал. Там, в развалинах старой ГЭС, он находит записку, придавленную камнем: «Ара, не ходи в Варденис, там банда из бывших гаишников с "Уралом" и пулеметом. Я в Гюмри, в гостинице "Тигран Мец". Жива. Ануш». Ануш — это его девушка, бывшая, ушла, когда всё рухнуло. Ара читает записку, матерится, кидает ее в овраг, потом идет обратно — подбирает. Цовик, который увязался за ним, мурлычет от усталости. Ара решает не сворачивать на Варденис. Он идет пешком через Дилижан, где в лесах грибов видимо-невидимо, но есть медведи. В какой-то заброшенной школе находит карту области — она вся истыкана кнопками и надписями: «Есть трактор», «Здесь вода», «Здесь трупы, закопать». Под кнопкой «Гюмри» стоит восклицательный знак. Ара сворачивает карту, засовывает в карман кожаной куртки. Следующим утром, разжигая костер из книжек (сгорает как раз энциклопедия «Армянская ССР»), он сталкивается с чужим — патрульным из тех самых гаишников, которые, видимо, прочесывают дороги. Мужик на «Урале» кричит: «Стоять, Саркисян!». Ара не понимает, откуда они знают его имя. Хватает Цовика на руки и бежит в сторону ущелья. Гремит автоматная очередь — срезает верхушку тополя. Ара падает, но не ранен — просто споткнулся о корягу. Цовик орет благим матом и царапает хозяину руку. Ара лежит в высокой крапиве, смотрит на разбитый таксофон и шепчет: «Ануш, сука, я тебя найду».