Она мечтает петь, но сцена требует жертв, на которые она не готова. Три девушки с талантом и амбициями врываются в музыкальный бизнес, где правила диктуют продюсеры и конкуренты. У каждой свой голос, своя история и своя цена за успех, которую придётся заплатить. Дружба трещит под грузом ревности и продюсерских интриг. Одна получает контракт, другая остаётся в тени, третья готова на всё, чтобы быть услышанной. Они ещё не знают, что в этом мире победа достаётся не самой талантливой, а самой
В 1953 год в благополучный белый пригород Лос-Анджелеса въезжает семья Эмори. Альфред и Лаки ищут тихую жизнь, но соседи встречают их не просто холодно: дом хранит чью-то давнюю злобу, а за заборами кипит ненависть, готовая выплеснуться на улицы. Лаки чувствует угрозу там, где муж пытается сохранить видимость покоя. Ей приходится защищать дом и детей от реальных людей и от того, что шевелится в стенах. Граница между бытовым расизмом и древним ужасом стирается, оставляя вопрос: что страшнее -
Они давно не разговаривают. Мать и дочь, отдалившиеся друг от друга, оказываются заперты в одной машине в канун Рождества: снежная буря перекрывает дороги, и единственное укрытие поблизости - небольшая церковь. Героини вынуждены провести ночь бок о бок, и холод снаружи быстро становится меньшей из проблем. Внутри их встречают харизматичный пастор и учительница музыки. Эти двое не дают им просто молча ждать рассвета: мягкие разговоры, случайная песня, чужое тепло постепенно размывают стену,
Серебряный колокольчик, оставшийся от бабушки, становится для Хармони не просто памятью, а единственной связью с домом. Она - менеджер музыкального лейбла в Нью-Йорке, но сокращение вынуждает её вернуться в родной город, где всё напоминает о прошлом. Местная церковь просит её и бывшего парня Кайла взять на себя руководство хором. Вместе им предстоит готовить рождественское выступление, но старые обиды мешают найти общий язык. Хармони пытается удержать работу в большом городе, а Кайл уже пустил
Специалист по робототехнике, потерявший одиннадцатилетнего сына, создаёт аниматронную куклу Робин - её сходство с умершим ребёнком пугающе точное. В пустом особняке он наконец чувствует, что не один. Но чем дольше кукла остаётся рядом, тем отчётливее становится ощущение, что она живёт своей жизнью. У Робина есть собственные намерения, и они не имеют ничего общего с утешением отца. Серия событий заставляет сомневаться в безопасности каждого угла дома. Надежда на покой оборачивается медленным