В опустевшую японскую деревню входят двое. Тишина здесь тяжелее крика: жители молчат, но их взгляды полны страха и надежды. Два священника-иезуита пересекли моря, чтобы отыскать пропавшего наставника. Они знают, что христианство загнано в подполье, что за веру здесь пытают и убивают. Но у них есть долг: нести слово и не оставлять паству. Чем глубже они уходят в страну, тем яснее понимают правила этой игры. Местные власти не просто требуют отречения - они заставляют предавать веру через чужое
Операция на живом мозге почти завершена, когда пациент приходит в себя. Студент колледжа Такеси Хонго любил мотоциклы, а стал киборгом - оружием организации «Шокер», которая готовила его для захвата мира. Промывка не удалась: память и воля уцелели, и он бежит прямо с операционного стола. Теперь его тело - боевая машина, а враги знают каждую его черту. Каждое столкновение с «Шокером» отдаётся болью в перестроенных мышцах и страхом, что следующая схватка станет последней. Союзников нет, только
Детство научило Ичи одному: мир - место, где сильный бьёт слабого. Теперь он сам стал кошмаром. Убив родителей и примкнув к боссу крупной группировки, парень превратился в безотказное орудие для зачистки конкурентов. Единственная нить, связывавшая его с порядком вещей, оборвалась в тот миг, когда босс исчез с деньгами, а вскоре его нашли мёртвым с вывернутыми органами. Ближайшие соратники погибшего берутся за расследование, не подозревая, что убийца уже среди них. Ичи вливается в их группу,
Он вставляет в собственную ногу стальную трубу, заматывает бинтами и ждёт превращения. Тело должно стать машиной, плоть - металлом, но самодельная хирургия оборачивается криком и бегством. Тэцуо, железный человек - это не история про киборга, а лихорадочный сон технофетишиста, где мясо отказывается подчиняться воле. Встреча с бизнесменом в автокатастрофе запускает обратный процесс: теперь не человек тянется к железу, а железо прорастает сквозь кожу. Превращение не приносит силы, оно пожирает
Холод, голод и одиночество - вот что осталось у женщины в стенах полуразрушенной таверны. Чтобы выжить, она торгует телом, пока однажды ночью в её дом не пробирается мальчишка-сирота с одной мыслью: украсть, что плохо лежит. В ту же минуту на пороге появляется демобилизованный солдат, сломленный войной и не знающий, как жить дальше. Трое чужих друг другу людей сходятся в одной точке. У каждого за спиной пепелище вместо семьи, и в этой случайной встрече они вдруг видят шанс не просто выжить, а
Выстрел в торговом центре не оставляет следов на теле бизнесмена, только дыру в дорогом костюме. Он приходит в себя и видит, что те же скинхеды уже уводят его сына. Гнев не укладывается в человеческие границы: рука сама превращается в револьвер и открывает огонь. Синъя Цукамото смешивает телесный ужас с фантастикой - здесь ярость становится оружием, а металл прорастает сквозь плоть. Чёрно-белая плёнка, индустриальные пейзажи и ритм, похожий на припадок. Отец преследует похитителей по городу, но
Рядовой Тамура - один из сотен брошенных японских солдат, доживающих последние дни войны на филиппинском острове. Госпиталь отказывает ему в помощи: лекарства и еду не тратят на тех, кто уже никому не нужен. Он держится вместе с такими же больными и ранеными, пока артиллерийский залп не сносит само здание больницы. Для Тамуры выживание - не доблесть, а цепь мгновенных решений: кому довериться, кого оттолкнуть, где взять воду. Но те, кто ещё при силе, смотрят на ослабевших как на обузу. В этом
Энтони, живущий с женой и ребёнком в Токио, попадает под колёса автомобиля, водитель которого явно хотел его убить. После наезда тело начинает меняться: грудь прорастает пулемётом Гатлинга, кожа твердеет, превращая героя в железного монстра. Он теряет не только человеческий облик, но и покой - прежняя жизнь рушится, а новая пугающая плоть требует ответа. Энтони бросается выяснять, что скрыто в его прошлом, и правда о родителях, американце и японке, оказывается такой же чудовищной, как его