Трёшка (1 сезон)

Сергей каждое утро начинал с обновления пяти сайтов объявлений. Его жена Катя на кухне заваривала два пакетика «принцессы Нури» на троих — для себя, для него и для дочки, которая капризничала, потому что снова спала на раскладном кресле. Риэлторша Ольга вела их на осмотр очередной «трёшки» в панельной девятиэтажке у метро «Щёлковская». В лифте пахло сыростью и кошачьей мочой. Квартиру он осматривал уже вторую неделю, и эта ничем не отличалась: розовые обои с пятнами, балкон, заваленный старыми рамами, сосед за стенкой включил перфоратор. «Честно, Сергей, за эти деньги только здесь, — сказала Ольга, зажигая сигарету на балконе. — Хозяин торопится, хочет сразу наличными». Катя молча протерла пальцем пыль на подоконнике — толстый, липкий слой.

Они въехали через месяц. В первую же ночь Сергея разбудил скрежет металла за стеной спальни. Он постучал по трубе — звук затих, но через час начался снова. Утром он обнаружил, что замок на чердачной двери в подъезде свежесрезан. Поднявшись по темной лестнице, он нашёл там закуток, отгороженный фанерой, и спящего на матрасе парня в рабочей спецовке. Парня звали Айрат. «Я здесь три года живу, — хмуро сказал он, отодвигая кастрюлю с лапшой. — Ваш хозяин мне ключ давал. Пять тысяч в месяц ему отдавал за угол». Сергей позвонил Ольге, та перевела на голосовую, а номер в договоре не отвечал. Через день Айрат привел жену с ребенком. «Куда нам идти? — спросила она тихо, не поднимая глаз. — Ребенок кашляет». Катя принесла им одеяло и тарелку супа. Сергей сел на ступеньку в подъезде, слушая, как из их новой «трёшки» доносится смех дочки, а сверху — приглушённый плач младенца.