Меч и жезл Вистории (1-2 сезон)

В столичном районе, где магические фонари мерцают неровным светом, жил Рэн, подмастерье кузнеца. Его день состоял из углей, накаляемых мехами, и звонкого стука молота по раскалённому металлу в пыльной мастерской. Вечерами он чинил доспехи стражников, слушая их разговоры о волшебных аномалиях на окраинах. «Опять тот же скол на наголовнике, — ворчал Рэн, — будто они головой в стену бьются». Его мир был миром стали и физической силы.

Всё изменилось, когда для расследования тех самых аномалий в город прибыла Элис, молодая, но уже циничная придворная чародейка. Её жезл из полированного черного дерева источал едва заметное свечение, а мантия пахла не пылью дорог, а ладаном и старой бумагой. Их пути пересеклись в переулке у таверны «Ржавый гвоздь», где банда оборотней напала на Элис. Рэн, возвращавшийся с вязанкой дров, instinctively бросил в ближайшего тварь незаконченный клинок. Сталь лишь звякнула о шкуру. «Отойди, кузнечик, — резко бросила Элис, концентрируя энергию на кончике жезла. — Твоё железо здесь бесполезно». Но в схватке её заклинание, ricochetив от магического барьера вожака, обратилось против неё самой. Рэн повалил её на землю, приняв удар на стальную пластину нагрудника, которая треснула с жутким звуком. Позже, в его каморке над кузней, он обрабатывал ей ожог на руке салфеткой, смоченной в холодном чае. «Моя магия не сработала, потому что их барьер поглощал только заклинания, — тихо сказала она, глядя на треснувший доспех. — А твой кусок железа… он его просто не заметил». С этого начался их негласный союз: она искала в архивах библиотеки упоминания о древнем артефакте, нарушающем законы магии, а он по её эскизам ковал необычное оружие — клинки с канавками для вплетения заклинаний. Они охотились на оборотней в портовых складах, где пахло тухлой рыбой, и Элис нашептывала руны на лезвие его меча, которое затем начинало светиться тусклым синим светом. «Быстрее, — задыхалась она, прикрывая его спину энергетическим щитом, — моя магия держится секунды». Удар такого заряженного меча вспорол шкуру монстра, который до этого лишь смеялся над её огненными шарами.