Херберт Бергхоф

Джек Морроу, слесарь с обожжёнными кислотой пальцами, каждое утро пробирался через дымящие трубы фабрики «Ривертон стил». Его соседка Мэгги, продавщица в лавке *Кроны и якоря*, подсовывала ему свёрток с бутербродами: «Опять забудешь поесть, пока те форсунки чистишь». Вечерами Джек задерживался у доков, наблюдал, как баржи сбрасывают в реку бочки с непонятными этикетками. Один раз принёс домой ржавый клапан, спрятал под кроватью — боялся, что младшая сестра Лиза, любящая ковырять в его вещах,
Гарри, седой ветеран с артритом в левом колене, каждый вторник покупает консервы для кота Тонто в угловом магазине Бруклина. Хозяйка лавки, Роза, ворчит: «Опять дешёвый корм? Твой старый комок шерсти скоро сбежит к мяснику». Гарри пересчитывает мелочь в кармане пальто, бормоча: «Лучше я сам без ужина останусь». По дороге домой он делится с Тонто бутербродом с арахисовой пастой, пока кот тыкается мордой в газету с объявлением о сносе их дома. На лестничной клетке сосед-студент, Марвин,
Лена, рыжая курьерка на роликах, каждый день пробиралась через толпу туристов у большого экрана с рекламой газировки. Ее друг Марко, владелец подпольной студии в подвале кинотеатра «Орион», собирал кассеты с записями уличных перформансов. «Ты видел, как эти ребята из *Neon Pigeons* вчера трансформеров из картона крушили?» — спросила она, вытирая пот со лба, пока Марко ковырял паяльником в разобранном VCR. В ее рюкзаке всегда лежали батарейки, жвачка *Turbo Mint* и конверт с деньгами для матери,