Ален Вашневски

Александр Хартли, биоинженер с тремором в левой руке от старой травмы, каждое утро покупает кофе в ларьке у станции Ватерлоо. Его лаборатория в подвале бывшей фабрики в Гринвиче пахнет озоном и перегоревшими микросхемами. 12 июля, 16:23 — запись в его синем блокноте с пятном от чая: *"Клеточная мембрана стабилизировалась после 3% введения нанокомпозита. Лизбет права — нужен катализатор"*. Лизбет Морроу, его ассистентка с татуировкой ДНК на ключице, разбила колбу с культурой в четверг.
В приёмном отделении окружной больницы медсестра Лина Моррис, перебирая карты пациентов, натыкается на историю мужчины с одинаковыми симптомами — все жаловались на панические атаки и временную слепоту перед госпитализацией. Её коллега Марк, хирург с перегаром от вчерашнего виски, усмехается: «Ты уверена, что это не глюки? Вчера у Сэма с третьего этажа «белая горячка» — он полчаса орал про пауков в вентиляции». Лина, игнорируя шутку, замечает, что в графе «контакты» у каждого пациента стоит