Он чинит моторы и усыпляет чужих питомцев. Для механика это две стороны одного ремесла: обе требуют рук, не терпящих дрожи, и обе он выполняет без лишних слов. Замкнутый человек с въевшимся под ногти маслом, он не отказывает хозяевам, которые просят избавить их от старого или больного зверя. Сострадание в нём не умерло, просто спрятано глубоко, пока однажды он не отказывается нажать на поршень. Собаку, привезённую на укол, он оставляет жить. Хозяин узнаёт об этом, и тихая жизнь механика даёт
Плечо режет лямка единственной сумки. В кармане - телефон, на теле - одежда, в которой Еву выпустили из тюрьмы. Она возвращается в родной город, чтобы найти взрослую дочь. Ни вещей, ни плана, ни поддержки - только эта цель. Город встретил её не тишиной, а стеной отчуждения. Ева быстро понимает: здесь её не ждали и не простят. Каждый взгляд прохожих, каждая захлопнутая дверь напоминают, что прошлое не стёрто приговором. Она чужая среди тех, кто когда-то был её жизнью. Дочь где-то рядом, но город
Финляндия, наши дни. Мария выстроила систему, где каждый день недели отдан одному из семи мужчин. Она не ищет постоянства, ей нравится ритм, где никто не претендует на большее. Но встреча с Юхо ломает этот порядок: чувства оказываются сильнее привычного графика. Привычный календарь перестаёт работать, когда на горизонте появляется тот, кому нужен не один день, а всё целиком. Мария оказывается перед дилеммой: сохранить удобную иллюзию свободы или рискнуть ради настоящей близости. Неделя упрямо
Мерви живёт в хипстерском районе Хельсинки и уже год встречается с Катой. Девушки решают, что пора рассказать родным об их отношениях. Но едва Мерви открывается родителям, как выясняет: те двадцать лет состоят в открытом бисексуальном браке. Ката, в свою очередь, узнаёт, что её девушка когда-то встречалась с неонацистом. А бывший парень Мерви никак не смирится с тем, что она теперь с человеком «не того цвета кожи и не того пола». Напряжение нарастает, когда из Берлина приезжают родители Каты. А