В балканской деревне, пережившей войну, вскрывают братскую могилу. Под слоем земли лежат не только останки семьи, но и тайны, которые годами молчали вместе с выжившими. Ремо, сирота, вернувшийся после долгого изгнания, помогает двоюродной сестре Уне с эксгумацией. Тела должны дать ответы, но вместо этого заставляют сомневаться в том, что они знали о своих близких. Чем глубже копают, тем яснее: правда не освобождает, а связывает крепче лжи. Прошлое, которое Ремо и Уна надеялись похоронить,
Муж Фахри числится пропавшим без вести после войны в Косово. Женщина остаётся одна с детьми и без средств к существованию: прежняя жизнь держалась на муже, а общество не ждёт от вдовы самостоятельных шагов. Она решает открыть небольшой бизнес, чтобы прокормить семью. Каждый шаг в деле наталкивается на сопротивление соседей и родни. Патриархальный уклад требует от неё смирения и тишины, а не торговли и решений. Чем увереннее Фахри действует, тем жёстче становится давление со стороны тех, кто
Она старается стать матерью, как того ждёт семья. Но внутри неё живёт не только надежда: тяжёлые воспоминания о жестокости военного времени возвращаются снова и снова. Прошлое не даёт покоя, оно вторгается в тишину дома и в минуты, когда нужно быть спокойной. Женщина пытается удержать равновесие между долгом перед родными и тем, что осталось от неё самой после пережитого. Каждый шаг к цели даётся через усилие, и становится всё труднее отличить страх за будущего ребёнка от старого ужаса, который
Мизуи и его напарник теряют не просто слух к привычной музыке, а саму способность слышать что-то, кроме какофонии собственного извлечения звуков. Они музыканты-авангардисты, добывающие шум из любого мусора, и, кажется, единственные в Японии 2015 года, кого не трогает эпидемия самоубийств. Вирус, названный «синдромом лемминга», уже убил десять миллионов человек, заставляя заражённых сводить счёты с жизнью. К ним приезжает стареющий магнат с телохранителем и внучкой, заражённой вирусом.