Серая послевоенная Польша, комната, где за больной матерью ухаживает Эмилия. Её жизнь - замкнутый круг долга и усталости, пока в нём не появляется Норман, американский офицер, расследующий военные преступления. Его поддержка становится для неё первым теплом за долгие годы, и он предлагает им обеим тайный отъезд. Но Эмилия - католичка, для которой жертва не абстрактное слово, а единственный возможный путь. Она готова отказаться от личного счастья, и этот выбор даётся ей не как драматичный порыв,
Журналист-международник Ежи Михаловский возвращается в пустую квартиру. Жена Эва ушла к коллеге, который умеет ладить с начальством и не лезет в острые темы. Личная потеря совпадает с профессиональной: партийное руководство больше не нуждается в его репортажах и запускает тихую травлю. Ежи привык работать честно, задавать неудобные вопросы и видеть мир не по инструкции. Теперь за это его выдавливают из редакции, а дома остались только чужие вещи и тишина. Он пытается удержать чувство
Довоенная палата, ещё пахнущая лекарствами, и пустой коридор, в котором через месяц разместится немецкий штаб. Молодой врач поступает в польскую психиатрическую клинику с твёрдым убеждением: пациентам нужна забота, а не изоляция. Он ещё не знает, что война уже подобралась к порогу и скоро у него не останется права выбирать методы лечения. Коллеги смотрят на его идеализм с усмешкой. У них свой взгляд на то, как выживать, когда оккупанты переписывают правила. Герой пытается отстоять человеческое
Варшавское гетто, 1942 год. Над домом сирот сгущается тень - депортация в лагерь смерти становится вопросом дней. Януш Корчак, педагог и писатель, отказавшийся покинуть своих воспитанников, держит последнюю линию обороны: он пытается сохранить в детях человеческое достоинство перед лицом полного уничтожения. Еда тает, пространство сжимается, каждый новый приказ оккупантов отсекает надежду. Корчак не борется за жизни - их уже не отстоять, - он борется за то, чтобы эти дети ушли из мира людьми, а
Гастрольный спектакль где-то у белорусской границы проходит настолько провально, что актёр Худы решает бросить труппу. В отчаянии он возвращается в родную деревню, но вместо умирающей матери застаёт в доме незнакомца. Анджей, мужчина с ограниченными возможностями, занял его место. Худы видит в нём своего двойника, и эта встреча перерастает в одержимость. Чем глубже он пытается вытеснить чужака, тем сильнее стирается грань между сценической ролью и собственной жизнью. Пьеса, которую они играли
Мика прилетает в Польшу навестить отца в больнице. Тяжёлая травма мозга стёрла ему память: он уверен, что они всё ещё живут вместе и она подросток, хотя не видел дочь много лет. Женщина не решается разрушить эту иллюзию. Она становится для отца попутчицей в его спутанном мире, мягко ведёт его по лабиринту угасающего сознания. Но каждый шаг по его прошлому оборачивается путешествием в её собственное. Привычная ложь во благо превращается в зеркало: глядя на отца, Мика видит себя той девочкой,
Банкет оплачен, гости уже в сборе, а молодожёны расстались за час до церемонии. Родители отменять праздник не намерены: слишком много вложено в этот день, слишком много сказано родне. Теперь им предстоит сидеть за одним столом с бывшими будущими родственниками и делать вид, что всё идёт по плану. Каждый тост звучит фальшиво, каждый взгляд напоминает о провале. Но отступать некуда: деньги потрачены, лица надо сохранить. Герои пытаются удержать достоинство в ситуации, где его быть не может. Смех