Глава клана Сакурада умирает, оставляя наследнику не только состояние, но и груз ритуалов, которые скрепляют семью. Молодой человек вынужден участвовать в череде церемоний: свадьбы, похороны, поминки сменяют друг друга, как времена года. За формальностями и поклонами скрывается невысказанная борьба за власть, где каждый жест может стать ударом. Герой пытается сохранить лицо, но традиция требует подчинения, а не рефлексии. Он наблюдает, как дяди и кузены разыгрывают старые обиды под маской
Казнь назначена, приговор приведён в исполнение, но приговорённый остаётся жив. Кореец, осуждённый за убийство двух девушек, висит в петле положенное время, а потом открывает глаза. Те, кто должен был стать его палачами, оказываются в абсурдном положении: человека нужно казнить повторно, но закон не предусматривает такой процедуры. Чиновники, надзиратели и врач запираются в камере вместе с молчаливым приговорённым. Они пытаются вернуть всё в рамки порядка: уговаривают, допрашивают, разыгрывают
Япония середины шестидесятых. Учитель Вакизака убивает насильника своей студентки Шоко. Он любит её, но беден и не может на ней жениться. Чиновник Хаяма становится свидетелем расправы и, шантажируя учителя молчанием, заставляет его спрятать украденные у компании деньги. Хаяма попадает в тюрьму. Шоко выходит замуж за ровню. Вакизака остаётся один с чужим чемоданом денег и решением, которое он называет «удовольствия плоти». В течение года он будет тратить краденое на женщин, похожих на Шоко: одну
Эдо, 1841 год. Реформы нового правителя Мидзуно Тадакуни перекраивают город под железные скрижали морали: закрыты театры, запрещены азартные игры и публичные дома. Те, кто кормился этим промыслом, выброшены на улицу без средств к существованию. Несколько таких людей, загнанных законом в положение маргиналов, пересекаются в общей беде. Их объединяет не идея, а отчаяние. Каждый потерял свой заработок, свой привычный мир, своё место в городе. Протест рождается из пустого желудка и злости на то,
Мацу не совершала того, за что её отправили за решётку. Но в женской тюрьме это не имеет значения: надзирателей бесит её упрямство, и они вымещают злобу на ней одной. Сокамерницы, напротив, проникаются уважением к той, кто не ломается под ударами. Она выдерживает всё с каким-то мистическим упорством, а когда выпадает шанс, бежит вместе с шестью другими заключёнными. Теперь впереди только большой город и свобода, но за спиной - погоня и люди, готовые вернуть её любой ценой. Выжить бы среди своих.
Жена убита, доброе имя втоптано в грязь. Ронин берёт трёхколёсную коляску с маленьким сыном и отправляется в путь, который не назвать иначе как кровавым шествием. Секретное сообщество, стоящее за расправой, ещё не знает, что по их следу идёт человек, которому терять больше нечего. Он буквально верит, что уже в аду, и везёт ребёнка через эту преисподнюю. Противник не один - целая организация с сетью осведомителей и наёмных убийц. Каждый шаг ронина встречает клинками: в полях, в горных храмах, на