Родовое поместье впервые за долгое время собирает итало-американскую семью вместе. Под одной крышей встречаются мать, отец, их сын и дочь - этот вечер может стать для них последним общим праздником. Взрослые то и дело сцепляются в спорах, напряжение между поколениями нарастает с каждой минутой. Двое кузенов-подростков ловят момент, когда хаос достигает пика. Они выскальзывают за дверь в морозную зимнюю ночь, чтобы провозгласить Рождество своим собственным. Для них это бунт, авантюра и попытка
Итало-американское родовое поместье, канун Рождества. Мать, отец, сын и дочь собираются на праздник, который может стать последним в этом доме. С наступлением ночи напряжённость между поколениями нарастает, и двое кузенов-подростков пользуются хаосом, чтобы выскользнуть в зимнюю ночь. Для них этот вечер - не семейная повинность, а шанс провозгласить праздник своим. Они хотят не просто сбежать от ссор взрослых, а присвоить себе само ощущение Рождества: холодный воздух, тишину улиц, свободу. Но
На окраине провинциального городка, где отчуждение стало привычным воздухом, жители находят единственный способ сбросить дневную тяжесть. Они выходят на ночные улицы и мчатся на роликовых коньках, оставляя позади тишину пустых домов и невысказанные обиды. Движение и скорость становятся их языком, а темнота - единственным свидетелем. Герои этой драмы не ищут приключений. Они просто пытаются дожить до утра, не потеряв себя в серости будней. Их объединяет не цель, а сам побег - ритмичный стук
Один летний день в пригородном городке решает, кто уедет, а кто останется здесь навсегда. Местный гастроном проводит странный обряд посвящения для подростков, и после него привычный мир распадается. Кому-то эта инициация даёт силы сорваться с места, других намертво приковывает к тоскливым улицам и знакомым лицам. Взрослая жизнь оказывается не тем обещанием свободы, каким её рисовали. Стремление вырваться и стать кем-то другим ни к чему хорошему не приводит, когда вокруг все одинаково несчастны.