На уровне глаз (2016)

Мика, лет тринадцати, еще вчера гонял мяч во дворе за школой в Кёльне. Теперь мир сузился до шуршания собственных кроссовок по линолеуму клиники. Врач, сухо щелкая ручкой, говорит матери про «острую нейропатию зрительного нерва». Мика помнит точную секунду: он стоял на светофоре на Нойсеерштрассе, красный сигнал расплылся акварелью, а потом просто исчез. Домой ведут под руки. Первая неделя — ад: он спотыкается о ковер в коридоре, опрокидывает чашку с холодным чаем, натыкается на дверцу шкафа. Мать ставит перед ним йогурт, и он водит ложкой по столу, нащупывая край. «Не суетись, я просто ищу», — огрызается он, чувствуя, как краснеют уши.

В школе — каша. Учительница фрау Класен громко зачитывает задание, и Мика ненавидит этот тон — слишком громкий, как для глухого. На перемене он стоит у стены, втягивая голову в плечи. Слышно, как Бен и Том, с которыми он раньше списывал физику, шепчутся. Кто-то задевает его плечом — случайно или нет, непонятно. Потом появляется она — Самира. Садится рядом на скамейку на заднем дворе, где пахнет мокрым асфальтом и жвачкой. «Твой рюкзак, он вообще не по погоде, — говорит она. — Молния заедает. Я помню, у меня тоже так было». Мика вскидывает голову, уставившись в ту сторону, откуда голос. Самира объясняет, что видит лишь какие-то пятна света, и это с рождения. Она берет его руку и кладет на шершавый ствол старой яблони: «Чувствуешь? Здесь сок липкий. Дерево болит. Все ощутимо руками, Мика». Он молчит, перебирая пальцами кору. Потом она учит его собирать яблоки с земли на слух — по звуку падения. Через две недели Мика впервые сам переходит дорогу, считая шаги до бордюра и слушая, когда затихнет мотор. Самира стоит в стороне, молча слушая.