Япония XVII века, эпоха Эдо. Молодой самурай получает приказ от главы клана: взять в жёны отвергнутую наложницу. Он подчиняется, принимая чужую волю как долг чести. Но когда обстоятельства меняются и клан требует вернуть женщину, самурай отказывается. Вместе с отцом он решает защищать свой новый брак, зная, что это прямой вызов вековым законам подчинения. Путь у них один: или они отстоят право на свой выбор, или их обоих ждёт смерть. Вместо покорного поклона - рука, сжимающая меч.
Конец 1935 года. Япония готовится к полномасштабному вторжению в Китай, и для одной семьи это не абстрактная угроза, а двое сыновей, которых распределяют в разные подразделения действующей армии. Братья, выросшие под одной крышей, теперь оказываются по разные стороны одного и того же военного механизма. Их связь проверяется не письмами, а расстоянием и молчанием, которое наступает, когда каждый сталкивается с собственной войной. Это вторая часть трилогии, охватывающей пять поколений. Время
Проданная родителями девушка попадает в публичный дом, и единственный, кто может её вытащить, - странствующий фехтовальщик с ребёнком на плечах. Итто не просит денег и не ищет благодарности: он просто занимает её место и принимает пытку на себя. Но это не акт отчаяния, а холодный расчёт человека, который знает цену чужой жизни. Сын наблюдает за отцом, а за ними обоими уже тянутся те, кому меч Итто перерезал дорогу. Освобождение одной девушки не проходит бесследно: каждый шаг мстителя прибавляет
Жена убита, доброе имя втоптано в грязь. Ронин берёт трёхколёсную коляску с маленьким сыном и отправляется в путь, который не назвать иначе как кровавым шествием. Секретное сообщество, стоящее за расправой, ещё не знает, что по их следу идёт человек, которому терять больше нечего. Он буквально верит, что уже в аду, и везёт ребёнка через эту преисподнюю. Противник не один - целая организация с сетью осведомителей и наёмных убийц. Каждый шаг ронина встречает клинками: в полях, в горных храмах, на
Япония XVI века, эпоха сёгуна Хидэёси. Для дзэнских мастеров чайной церемонии это время сравнивают с «1937 годом»: многие попадают в немилость и гибнут. Приказ совершить харакири получает и великий Сэн-но Рикю. Один из его учеников перебирает в памяти встречи и медитации у учителя. Он пытается понять, что привело мастера к смерти и каким законом чести тот руководствовался. Те, кто стоял ниже по роду и кому не полагалось совершать харакири, всё равно стремились подражать его пути и кончине. Даже