Лос-Анджелес середины сороковых. Писатель Ричард Харланд решает жениться на Эллен Берент: она прекрасна, и он влюблён. Вскоре после свадьбы в их дом одно за другим приходят несчастья. Ричард ловит себя на мысли, что череда бедствий напрямую связана с его женой. Её ревность оказывается не просто вспышками, а болезненной, почти осязаемой силой, которая меняет всё вокруг. Он начинает видеть в ней угрозу, но доказательств нет, только растущее чувство ловушки. Каждое её слово может быть нежностью, а
Двенадцать детей - это не хаос, если подойти к вопросу с научной точностью. Именно так рассуждает Фрэнк Гилбрет, эксперт по эффективности, привыкший оптимизировать любые процессы на работе. Дома его ждёт собственная лаборатория: дюжина сыновей и дочерей, чьи привычки и ссоры отказываются подчиняться хронометражу. Герой искренне верит, что графики, замеры и система поощрений превратят быт в отлаженный механизм. Но дети не детали и не винтики: каждый находит способ саботировать папины инструкции.
В послевоенной Америке молодой доктор Ноа Преториус ведёт двойную жизнь: днём он преподаёт в медицинском училище и лечит пациентов, а в перерывах дирижирует школьным оркестром, исполняя Вагнера. Его вера в то, что болезнь отступает перед разговором с человеком, а не перед горой лекарств, приводит начальство в восторг, а коллег - в ярость. Особенно бесит мрачный профессор анатомии Элуэлл, которому куда милее препарировать трупы, чем беседовать с живыми. Элуэлл плетёт интриги и доносит декану на
Лиллиан осталась одна с дюжиной детей и без мужа, который раньше задавал ритм их большого дома. Теперь она тянет бюджет и порядок сразу за двоих, пока старшие дочери начинают поглядывать на ухажёров, а младшие требуют внимания каждую минуту. Семья всё ещё держится вместе, но без отцовского оклада и твёрдой руки каждый день превращается в балансирование на грани весёлого хаоса. В дело вмешиваются романтические интересы Энн, Марты и даже Эрнестины, и Лиллиан понимает: удержать всех под одной
Он привык не задерживаться на одном месте, но работа мастером на чужой ферме заставляет задуматься об оседлой жизни. Хозяйка поместья красива и щедра к нему, однако с теми, кто обрабатывает её землю, она жестока и расчётлива. Чем глубже он вникает в дела ранчо, тем яснее видит пропасть между своим положением и долгом перед людьми, которых притесняют. Сочувствие к поселенцам растёт, а связь с женщиной, давшей ему кров, превращается в ловушку. Остаться с ней - значит предать тех, кто нуждается в
Знойная Иудея времён римского владычества. Понтий Пилат получает назначение управлять беспокойной провинцией. Он искренне хочет мира и порядка: прокладывает дороги, строит акведук, пытается наладить жизнь. Но вместо благодарности натыкается на глухую стену интриг и склок от Синедриона. Каждое его начинание разбивается о религиозные распри и корысть местной знати. В этой атмосфере тотального недоверия он вынужден опираться на разбойника Варраву, готового за деньги выполнить любой приказ. Пилат
Письмо от лучшей подруги застаёт трёх женщин на причале: «Я убежала с мужем одной из вас». Катер с подростками уже отчалил, а Дебора, Лора и Рита остаются гадать, чей брак дал трещину. Каждая примеряет удар на себя. Оставшись наедине с подозрением, женщины лихорадочно перебирают в памяти собственные семейные сцены. Комфортабельные дома и привычное счастье вдруг кажутся хрупкими. Тонкая эмоциональная пытка заставляет всматриваться в привычные лица и искать признаки лжи. Подруги знают друг о