Грация (2025)

В Турине, в задней комнате архивов городской библиотеки, Айрис, девушка с темными волосами, переплетенными в небрежный пучок, каждый день расшифровывала налоговые отчеты эпохи Возрождения. Ее мир пах пылью и старым пергаментом, пока она не наткнулась на запись о «неучтенной скульптуре, глаза которой следили за кардиналом». Рукой, испачканной грифелем, она провела по строчке. «Это просто метафора переписчика», — пробормотала она, но все равно скопировала координаты — заброшенная часовня в холмах за Монкальери.

Ее «Фат 500», дребезжа на щебенке дороги, привезла ее к руинам. Под грудой обломков она нашла не статую, а шкатулку с холодной, как лед, гравировкой. Когда Айрис прикоснулась к замку, механизм щелкнул сам собой. На следующий день за ней пришел мужчина в слишком идеальном для этого района костюме. «Меня зовут Марио Ливио. Вы взяли то, что не должно было быть найдено, синьорина Айрис». Он говорил мягко, поправляя манжет. Пока она пыталась варить кофе на дрожащей конфорке, он объяснил, что шкатулка — ключ, а ее способность открыть ее — наследственный дефект, тянущийся от одной флорентийской семьи. «Ты что, с ума сошла? Это же XVI век!» — выдохнула она. Но когда из тени ее крохотной кухни вышел второй человек, с лицом, будто сошедшим с фрески в Палаццо Веккьо, Айрис поняла, что отчеты были точнее, чем она думала. Теперь за ней и артефактом охотится «Совет Девяти», а ее единственный союзник — этот загадочный Марио, чьи ладони покрыты такими же светящимися при тревоге узорами, что и шкатулка.