Йети (2026)

Доктор Элайза Вудс, криптозоолог с потертой докторской степенью и парой неоплаченных счетов, привозит своего сына-подростка Джекса в арендованный домик у подножия Каскадных гор. Она методично расставляет капканы для шерсти, приманки из замороженных ягод, а Джекс целыми днями смотрит в экран ноутбука, ловя спутниковый сигнал. «Ты ищешь снежного человека, а я — три полоски wi-fi», — бурчит он, заворачиваясь в потертый плед. Их сосед, бывший лесник Грейди с шрамом через ладонь, приносит банку домашней тушенки и между делом замечает: «В прошлую зиму что-то загнало моего пса под крыльцо. Пес выл до утра, а в снегу следы были... с большим, слишком большим шагом».

Всё меняется, когда на их пороге появляется Оливер Шоу, представитель горнодобывающей компании «Вердикт Дайнемик». Он втирает лосьон в руки и предлагает Элайзе грант в обмен на «экологическую экспертизу» участка, где она нашла странные волокна на коре пихты. Элайза отказывается, но той же ночью их лагерь посещает незваный гость: капканы разломаны, как консервные банки, а в грязи у грузовика отпечаталась огромная, пятипалая стопа. Джекс, изменившись в лице, показывает матери запись с камеры-ловушки: мелькнувшая в кадре тень двигается не как медведь, а на двух ногах, с тяжелой, раскачивающейся походкой. «Это не медведь, мам», — шепчет он. Элайза достает из чемодана старую фотографию своего отца, исчезнувшего в этих горах двадцать лет назад, и пачку его писем, где одно слово повторялось с маниакальной настойчивостью: «Оно думает». На следующий день грузовик Грейди находят пустым, с вмятиной на двери, будто от сильного удара, а по радио передают предупреждение о внезапной метели, отрезающей их от долины. Завывает ветер, гаснет свет, и снаружи, заглушая вой вьюги, раздается низкое, клокочущее урчание прямо за стеной.